В шумных джокингах ночного города два брата Глеб и Ярик пытаются выяснить кто их обидел, причем действия должны быть точны и быстры. В придорожной кафешке они размышляют над несколькими версиями подставы — от рук недовольных одногруппников до более глобальных планов. Темно на улице, только свет фонарей делит их с другими посетителями....
У него рискованный бизнес в любом случае, тем более отказываться уже поздно. Абрамыч открыл нижний ящик стола, выбрал подходящую корочку, и ещё раз посмотрел на меня.
— Да не попадусь, — сказал я. — Ты делай-делай. Часики тикают. Или я к Арсену пойду, — я назвал ещё одного дельца.
— И будет у тебя «капетан мелиции», — Абрамыч поморщился. — Арсен — художник от бога, но русского не знает совсем. Сделаю. Ох, торопиться нынче молодёжь."
"Много времени не ушло, дело отработанное, ксивы заказывали разные, для всяких схем.
Абрамыч взял два отпечатанных бланка, осмотрел корочку с выдавленным «ГУВД Бекетовской области», приклеил к ней бумажки, быстро внёс записи, уверенно вклеил мою фотку, попав в нужное место с первого раза, а сверху прижал яйцом, которым уже снял оттиск с образца. Защитные плёнки уже появились, но ими пока пользовались не везде. Поэтому подделывали всё это легко.
Вообще, корочка такая — очень опасная для меня, поэтому придётся её сжечь, когда закончу.
Справился за восемь минут. Я проверил всё. Если вглядываться, то сразу поймут, что никакой я не капитан милиции Верещагин, заместитель начальника отдела собственной безопасности, как гласила корочка, и что сам документ — подделка. На фотке я не в форме, что нарушение, подпись начальника ГУВД хоть и верная, но сейчас уже давно другой начальник.
Но это надо вглядываться, а если наехать серьёзно — понять подвох не успеют.
— По высшему разряду, — сказал я, захлопнув корочку. — Всё, бегу.
Я не удержался, взял со стопки «Капитал» Карла Маркса, вложил туда купюры и протянул дельцу.
— О, «Капитал» наконец-то принёс дивиденды, — Абрамыч бережно взял книгу. — Хоть кто-то правильно понял термин «прибавочная стоимость».
— Маркс молчит, — заметил я с намёком, — ну и ты помалкивай. Деньги любят тишину.
— Само собой, рот на замке.
Продолжаем план. Я вернулся в машину и через пять минут уже был на точке. Костя и Валера ждали через дорогу, сидели на скамейке и нервно курили, наблюдая за нашими целями.
А на той стороне дороги ругались друг с другом два мента. Один толстый и рыжий, в полосатом свитере, второй — уже седой, хотя не старый, в джинсовой безрукавке, под которой видно кобуру.
Багажник девятки открыт, запаску выкатили и пытались его подкачать, но что-то не выходило.
