Путешественник из будущего попадает в девятый век и задумывается: что произойдет, если изменить ход русской истории? Вмешаться ли в судьбу Рюрика и его династии, чтобы спасти будущую Россию от векового гнета тиранов? Но каждое изменение прошлого таит опасность.
— Плохо то, что с годами могут появиться желающие подмять под себя столь разнообразный край.
— Создадим свою русь и никому не отдадим Русь, — профессионально комментирует Борисов, — другое дело, что броню и оружие пора запасать. Своих комплектов, которые везли на фестиваль, хватит лишь на один сорок. Трофейного варяжского ещё на пару, если только качественное считать. А четвёрый, увы, пока голый или фигнёй вооружать придётся.
— Товарищ старшина, вы неправильно считаете. У нас более сорока арбалетов, а это отдельное подразделение, им лишь лёгкое бронирование понадобится. Пока рано в Византии и у фрязинов заказывать, зря деньги потратим. Хотя, если булгарин Куандык привезёт двадцать талантов золота, то в бабосах стопудово погрязнем.
Именно эта интрига предполагается на конец апреля или начало мая. Остатков горючки, специально сохранённый, хватит чтобы до Ильменя добраться, считай более сорока километров своим ходом пройти. Реку проверили, так что проберёмся без особых проблем. В крайнем случае, в одном месте тросами наш катер протащим. Можно было бы вообще безболезненно по большой воде сквозануть, но потом придётся ждать у моря (Илименского) погоды. Не зная прибудут ли булгаре или облом случится. А охранять придётся с АКМами, значит расколемся на две части надолго.
Народ с топорами и без оных постоянно прибывает, закончив посевную, так что комсомольские стройки в самом разгаре. Так, что начальников не хватает уже. Хорошо, что за прошлый год вычислили и подготовили достаточно «бугров-бригадиров» из местных селищан. Надеюсь, что не оплошают, вроде люди исполнительные и понятливые. И никуда не деться, других манагеров и супервизоров днём с огнём не найти. Это в будущем каждый суслик бригадир, а в нынешнем народ не рвётся в руководители почему-то.
— Серикжан Вольфович, когда же, если по-исторически, это вавилонское столпотворение закончится, что думешь?
— Не знаю, Андрей Александрович, — прикалывается историк, — в Вавилоне всё кончилось вмешательством бога-отца. А здесь выглядит бесконечно почему-то.
Ну, правильно, на свою голову затеяли кирпичное производство и теперь не знаем когда круговерть закончится. Мало того, Пётр (глава семейства каменщиков) ещё и какую-то огнеупорную глину надыбал. Теперь ей приоритет, мол, для любых технических печей она самая-пресамая.
— Андрей, — опять Кагнер пристаёт, — а знаешь, что его имя-прозвище означает? «Камень», если по-еврейски. Видимо сразу знали кого из сына воспитают.
