В холоде тьмы и грохоте битвы, Империя оправляет свой мрачный портрет. Над Империей гремит гром — над непреклонным Ватиканом, который теперь лишь пепелище. А вы — вот новый центр тяжести на карте мира. Как побеждать без войн? Ответ на этот вопрос заложен в вашей спальне, где грянет смертельный удар....
Похоже, «Гром над Империей. Часть 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Я вжался в стену, опасаясь быть обнаруженным. Разговор был слишком интересным, и мне хотелось дослушать его, прежде чем вмешиваться. Конечно, я бы мог допросить их, используя свои методы, но это не то. Надо ведь знать, о чем спрашивать, а я ни разу не Давыдов. Хотя, человека, я думаю, оставлю в живых и отдам его нашей Тайной Канцелярии. Пусть развлекаются. Мне и двоих пожирателей за глаза хватит.
— И все же, что вы будете делать, если Громов все-таки вмешается? — настойчиво повторил человек. Да, этот парень мне определенно нравился! Он задавал вопросы, на которые я и сам бы хотел узнать ответы.
— И на него найдется управа, — отмахнулся первый пожиратель, усиленно уничтожая запасы еды, что принесла официантка, — да и не успеет он уже. Со дня на день начнется наступление, а русские, как всегда, к нему не готовы. Они думают, что для нас является секретом стягивание их войск к границам? Глупцы, ничего не замечающие дальше своего носа! Они видят лишь то, что мы хотим им показать, и долго тянут с ответными решениями.
— Но, тем не менее, в Ватикан они прибыли быстро и удар нанесли сильный. Тогда они явно были готовы к противостоянию с вами. И, заметьте, явились они с помощью порталов! Значит, эта эльфийская магия для них не такой уж и секрет.
— Волхвы, — скрипнул зубами второй пожиратель, — сколько мы боремся с этими почитателями старых богов, а все никак уничтожить не можем.
— А вот с этого места поподробней, — вышел из скрыта я, нанося удар благодатью. Скованные ее ярким светом, пожиратели застыли, не в силах пошевелиться или покинуть тела магов. М-да, слабенькие они. Куда им до силы их аватаров. Человек же застыл с гримасой ужаса на лице, даже не помышляя о сопротивлении.
