В холоде тьмы и грохоте битвы, Империя оправляет свой мрачный портрет. Над Империей гремит гром — над непреклонным Ватиканом, который теперь лишь пепелище. А вы — вот новый центр тяжести на карте мира. Как побеждать без войн? Ответ на этот вопрос заложен в вашей спальне, где грянет смертельный удар....
Похоже, «Гром над Империей. Часть 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
И тем не менее, мне было понятно, что брак был династическим, и ни о какой евгенике речи не было, просто политика и ничего более… Магом австрийка была слабым, поэтому Романовы не боялись смешивать кровь с ее, зная, что более сильный атрибут воды все равно возобладает в потомках.
Так почему же тогда ей стали приписывать владение воздухом? Этот вопрос, кстати, поднимался в Европе, но был старательно замят в России. Простому народу до этого, собственно, не было дела, а аристократам быстро заткнули рты. Я что-то читал про попытки переворота, когда полетело множество голов, и на свет вышли новые рода, ранее остававшиеся в тени, что крепко держались за императора Алексея.
А вот теперь вопрос на миллион — каким образом в императорской семье родились две девочки с водным атрибутом, мальчик с воздушным, а наследник престола вообще оказался Пустым? Почему на протяжении более двухсот лет Романовы находят себе спутников именно с атрибутом воздуха, даже не помышляя о водном, который должен быть у них в крови? Даже вы, Ваше Величество, — я кивнул в сторону напряженно смотрящей на меня Елены, — изначально полюбили мага воздуха, а после вышли замуж опять же за воздушника.
— Ну-ну, — ободряюще улыбнулся мне бывший император, при этом подобравшись, будто готовясь к прыжку, — и какой же из этого следует сделать вывод?
— Что Романовы — это не совсем Романовы, — начал я, — а…
— Торвигг, — закончил мою фразу отец Елены. В тот же миг комнату залил темно-красный цвет. Боевые артефакты ужасающей мощи пришли в движение, нацеливаясь на меня. Каким-то образом и сам бывший император, и Елена с Настей быстро оказались на другом конце комнаты, окруженные защитным барьером, а вокруг меня вскипел эфир, готовясь разнести мое тело на молекулы.
"Я же, абсолютно не обращая внимание на эту суматоху, взял со стола чашку с почти остывшим чаем и сделал глоток. После чего посмотрел на их напряженные лица и улыбнулся. Что ж, Громовы никогда не забывают обид, нанесенных их роду. И сейчас, глядя на их решимость, за которой явно чувствовался страх, я не мог не позволить себе толику злорадства.
