Встреча со следствием заставляет молодую свидетельницу Аньку задуматься о своих опасениях перед судом. Но уверенность в благополучии подсудимого исходит от каждого - и простых участников процесса, и самого адвоката. В зале всё напряжённее дышится, каждое слово становится важным камнем в общей картине правосудия....
Думают, похоже, что едва я услышу грустную историю жизни этого парня, то сразу возьму на работу и расскажу обо всех своих планах.
Вот только меня на таком не проведёшь. Не на того напали. И то, что Некрасов так и будет меня испытывать, пока не поверит окончательно, я знал. Человек это такой, что перестраховывается всегда, работа у него такая. Но лишь бы бандитов ловил, когда потребуется, а об этом случае я ему ещё напомню. И тогда кружкой пива не ограничится.
— Ладно, погнал я, — я доел последний пельмень и вытер губы бумажной салфеткой.
"Я потянулся, надвинул парню кепку на глаза и похлопал его по плечу, а потом направился к выходу. Тот засмущался, снял кепку и торопливо ушёл не оборачиваясь.
Захотелось даже позвонить Некрасову в отдел, но тут отвлекли — на пейджер пришло сообщение с адресом. Это от Ярика, мы так и условились связываться, но адрес он прислал странный. Хотя я знал, где это находится. Прийти он попросил строго вечером.
* * *Удивлялся не зря, потому что здание — школа, трёхэтажная, длинная, из серого кирпича, с большими окнами там, где был спортзал, с огромной территорией вокруг. Перед самим зданием посажены деревья, в основном тополя, есть отдельный огороженный участок, где летом будут грядки с овощами и клумбы с цветами. Так в школе принято, а у учеников есть несколько обязательных дней отработки на этом участке летом. Позади же здания — огромная территория с футбольным полем и турниками.
Короче, места вал.
Время позднее, темнело, уроки, само собой, давно закончились, учителя разошлись, свет выключили, поэтому в здании остался только сторож, молодой парень в чёрной рабочей хб-шной куртке. Он курил «Приму» на крыльце и кого-то ждал.
Казалось бы, странная работа для молодого парня, но вблизи я увидел, как ветер болтает широкие штаны, иногда задирая их. Вот и на левой ноге разглядел протез, самый дешёвый — просто металлическая трубка, и на правой руке, которой он держал костыль, не хватало двух пальцев.
А за углом школы я увидел «Ниву» Левитана и красную девятку. Темно уже, но тачки разглядел.
— Ты же брат Коршуна? — спросил сторож, глядя на меня. — Проходи, на третий этаж, лестница справа будет.
— Ты же его сослуживец. Витька вроде бы? — я напряг память.
— Ну-у, — протянул он, кивая, и напомнил: — На третьем.
