На узкой Бугской дороге, где тихо стучит река, Лешка ищет поддержки у Алексея, старого солдата. В глазах Коленьки – большие карие, как у его матери Катарины. И в этот момент Алексей раскрывает ребёнку тайны барабанов и грома, делясь секретами про войну.
Словно барышня в корсете, ей-ей! – усмехнулся он. – А так серьезного дела у нашего полка никакого не было, не считая той нудной осады. Да и то ведь турки потом нам сами Бендерскую крепость сдали, а войска из нее вывели. Вроде как бы и радость, крепость у неприятеля забрали, а большой чести-то в этом нет. Не штурмом же мы ее взяли, а так, переговорами. В верхах-то за это высочайшую милость получили, а внизу, в полках что? Ни чинов тебе с орденами, ни премиальных, ни даже благодарности особой! А-а-а! – и он махнул в сердцах рукой.
– Сереж, плесни еще всем, – Алексей кивнул на стоявшую посреди полевого столика большую зеленую бутыль. – Много пить никого не принуждаю, завтра у всех служба, но если с умом и аккуратно, то и не возбраняю.
Гусев кивнул и разлил всем сидящим по кружкам ароматное красное молдавское вино.
– А у нас в это время Рымник и Фокшаны были, – проговорил задумчиво Живан. – Хорошо мы там туркам дали, армия визиря бежала так, что у его янычар аж пятки сверкали.
– За победу! – грянул хор голосов, чокаясь.
В шатер заглянул вестовой.
– Ваше высокоблагородие, там готово уже все, горячее, разрешите заносить?
– Заносите, Никита, – кивнул ему Егоров, – и как только секунд-майор Кулгунин с обхода караулов вернется, сюда его тоже пригласи.
– Как у тебя с семьей дела, Леш, как дети, Катерина? – спросил Алексея Бестужев.
– Да все хорошо с семьей, друг, – приобнял его Алексей. – У меня уже трое ребятишек. Да-а, а что ты так удивляешься? За три года до начала кампании младший, Коленька, родился, старших-то ты всех знаешь. Катарина молодцом, на хозяйстве.
![Обложка книги Облом для властного или Я твой Зайчик [СИ]](/uploads/posts/images/5/oblom-dlia-vlastnogo-ili-ia-tvoi-zaichik-si.jpg)
