На узкой Бугской дороге, где тихо стучит река, Лешка ищет поддержки у Алексея, старого солдата. В глазах Коленьки – большие карие, как у его матери Катарины. И в этот момент Алексей раскрывает ребёнку тайны барабанов и грома, делясь секретами про войну.
– Если бы этот свое железное яйцо разжег, обоих бы осколками разорвал, да и другим бы от него прилетело! Смотри, какая башка крепкая, – хмыкнул он, отпинывая в сторону егерскую каску. – У другого бы от удара прикладом раскололась, а этот вон, даже живой. Матерый шайтан, старый, – уважительно проворчал воин, переворачивая русского на спину. – Двоих наших на тот свет отправил, учитесь у такого врага, щенки, – кивнул он стоящим рядом двоим. – Берите его и тащите к Ягмыру, пусть он сам решает, какую ему дать смерть.
В отдалении хлопали выстрелы и слышались крики.
– Уважаемый, ага, двое русских верховых прорвались в лес и припустились в сторону озера, – поклонившись крепкому немолодому воину, докладывал один из командиров. – Троих наших саблями рубанули, одного из них насмерть. Но деваться им некуда, десяток Ашира нагонит неверных у воды.
– Плохо, Гылыч, – поморщился командир отряда. – Какой-то жалкий обоз с овсом и ранеными забрал жизни четырех воинов беслы! Четырех лучших воинов султана!
– В нем были зеленые шайтаны, уважаемый ага Ягмыр, – напомнил командиру Гылыч.
Командир беслы подошел к лежащей на земле пятерке.
– Гылыч, позови сюда Юсуфа, он один из немногих, кто может толмачить на языке урусов. Даю ему час времени, пусть расспросит сначала вон того с испуганными глазами, – кивнул он на лежащего лекаря.
* * *Ночью двадцатого ноября Алексея разбудил вестовой:
– Ваше высокоблагородие, – осторожно тряс он его за плечи, – там от Бугских казаков гонец прискакал, говорит, что полковник Касперов вас срочно к себе просит.
![Обложка книги Облом для властного или Я твой Зайчик [СИ]](/uploads/posts/images/5/oblom-dlia-vlastnogo-ili-ia-tvoi-zaichik-si.jpg)
