Автор
Вот! Вот! Он меня обманул. Картинки настолько потрясли, что они рассыпались по полу, словно снаряд в кустах — неожиданный шквал боли и ошеломления. Тихая тревога захлестывает кровь, когда я расправляю свои слезы на щеках. Как это могло быть? Кто эта бледная женщина в его объятиях?...
Наташа… Она говорила, что эти фотографии сделал ее муж, когда они вместе с Семеном Сергеевичем ездили куда-то.
Вот черт.
Она говорила правду, скорее всего.
Катя знала, что я врать ей не буду. Если пообещала добиться поблажек у Семена, я добьюсь. И она сейчас будет их заслуживать. Лгать мне нет смысла.
К тому же, она ведь тоже не знает, известна мне эта информация или нет.
— Сколько она пообещала тебе за помощь?
— Пятьдесят тысяч.
— Пятьдесят?! — я округлила глаза. — Катя, у тебя зарплата была почти в два раза больше! Стоило мараться?"
"— Тебе не понять! — прошипела подружка и вскочила из-за стола.
— Прекрати, — я посмотрела на нее с жалостью. — Никакие деньги не могут заменить человеку совесть и порядочность. Ты зарабатывала достаточно, чтобы двум женщинам хватало на жизнь. А уж про премии, которые я выбивала всему отделу, я вообще молчу.
— Ну, конечно! Милостивая начальница! — из Кати полез яд. — В ножки тебе не поклониться за это?
Это было больно.
Вот уж точно жена Вадика назвала меня простушкой. Я ведь все это делала из чистых побуждений. И никогда благодарности от подчиненных не просила. Я их стимулировала лучше работать, и это был хороший ход. Это приносило результаты.
Только, видимо, не все воспринимали это так.
Мой собственный заместитель, например, вот видела в этих доплатах унизительную подачку.
Воистину, для всех хорошим не будешь.
— Ты подбросила мне эти снимки?
— Я, — она сложила руки на груди и выпрямилась.
Я не стала обращать внимания на ее позу. Это просто защита. Попытка хотя бы физически себя поддержать. Я ж сама так поступала, когда с Семеном ругалась за эти дни.
— Не стыдно?
Я спросила, а потом пожалела.
Конечно, не стыдно. По глазам видно. Дело не в стыде. Дело в какой-то гипертрофированной зависти.
Твою мать, ну, не хватало ей денег! Можно же было подойти.
В конце концов, можно было сменить работу!
— Что еще тебе рассказать? Давай быстрее, я тороплюсь!
Вранье.
Никуда она не торопилась. Куда можно спешить, если тебя вчера уволили? На биржу труда? Ну, может быть.
— Где ты взяла документы, что приносила мне на подпись?
— Какие документы?
— Катя, не тупи! — я разозлилась.
