Глава 1 в(Book: Громов: Хозяин теней) предлагает читателям мир холодных зеркал и глубоких душевных переживаний. Вместе с главной героиней, она преодолевает горизонты боли и непонимания в поисках своего истинного пути — среди черной магии и света безумия.
Там от суконная фабрика стоит, Вышнятских. За нею — литейный заводец и ещё один — химический, но его, поговаривают, скоро закроют. Перемоловы в разорение вошли.
Эти фамилии ни о чём не говорили.
Но слушаю.
И мы идём. Еремей как-то сразу подстраивается под наш шаг, так, чтобы не приходилось бежать, пытаясь поспеть за ним.
— По той стороне — доходные дома, для работничков.
Темные глыбины, в которых то тут, то там проблёскивают искорки огней. Они отделены от реки улицей и широкой полосой света. Исходит тот от фонарей.
Но запах…"
"Воняет тут прилично.
— А мы куда идём? — уточняю на всякий случай. Лица Еремея не видать, да и поднимает он воротник своей шинели, то ли от нас заслоняясь, то ли от ветерка. Хотя ветерок тёплый, а что смердящий химией, так это, я понял, нормально.
Обыкновенно даже.
— Батька частенько грозился, что на завод нас продаст, там и подохнем, — Метелька пристроился рядом со мной и руки в карманы сунул. Сам же ссутулился, выгнул спину причудливым горбом и шею вытянул.
И сплюнул под ноги.
Еремеево движение я не заметил, только Метелька вдруг полетел кувырком.
— Веди себя прилично, — сказал Еремей наставительно. — И выпрямился!
Главное, спорить у Метельки желания не возникло. Вскочил. Отряхнулся под насмешливым взглядом и вытянулся в струнку. Было бы смешно, когда б я сам не вытянулся.
— Вот так лучше. А то ишь, взяли моду… корчат из себя. Идём же мы к Лужской больничке.
— Это примонастырской? — уточнил Метелька и скривился.
— Помогать станем.
— Да… — он явно хотел добавить что-то ещё, но потёр затылок и благоразумно промолчал, чем заслужил одобрительный Еремеев кивок:
— Правильно, — произнёс тот. — Отроку в обществе людей взрослых надлежит помалкивать и видом своим выражать почтительность. А то никакого воспитания. Ничего, я из вас людей сделаю.
Прозвучало это вдохновляюще.
— Что за больничка? — уточняю.
— Так… для бедных, — Метелька выпячивает губу.
— А то у тебя вот есть, — Еремей приподнимает Метельку за шиворот, так, легонько, скорее силу демонстрируя, чем и вправду угрожать пытаясь. — Запомни, бестолочь, что с человеком в жизни всякое приключиться может.
И отпускает.
— И ещё… ежели кто думает, что слишком хорош, чтоб руками мараться, то вона, может туточки подождать. Заставлять не стану. Учить тоже.
Киваем с Метелькою вместе.
