Автор
В двенадцать лет от роду всё началось – тот самый приют, где жизнь казалась тюрьмой. Я не могу вспомнить детства целиком, но гром и молнии, ознаменовавшие моё рождение, запали мне в память. Оглушающий гром слепил глаза, а я лишь спокойно улыбался, словно всё это было каким-то шоу....
Ну или ему придётся тратить на него куда как больше магии, что тоже неприятно.
Одна из моих молний пролетает мимо врага и попадает в барьер арены, совершенно не причиняя ему вреда. Достойно.
Чуть не попадаюсь на его уловку, когда одно из лезвий ветра внезапно изменяет траекторию и заходит сбоку. В последний момент успевают его заметить и сместить щит. Гадость. Как же неприятно сражаться с противником, чьи атаки крайне тяжело заметить. Лишь острое от рождения зрение позволяет вовремя замечать колебания воздуха.
Пришла пора и мне ответить на его нападки. Для начала атакую сразу две точки, пытаясь дестабилизировать щит. Увы, не вышло, но это ещё не всё. Пока он отвлекался, удалось выгадать время для запитки следующего заклинания большим количеством маны. Удар! Щит был разрушен, вот только Малус успел создать дополнительный, практически карманный барьер, что принял на себя оставшуюся мощь удара.
"Мне приходится сдерживаться, действуя в рамках способностей Адептов, но даже так было видно, что он начинал проигрывать. Капли пота на лице и тяжёлое дыхание показывали его состояние. И ведь он практически не двигался с места всё это время.
Я чувствовал, как его запас маны быстро истощается. Вот только и я скоро могу достигнуть предела силы Адепта. Нужно завершать бой. Сперва я хотел его хорошенько унизить, но это желание пропало во время боя.
Решившись, я достал из кольца свою глефу и, усилив тело магией молнии, бросился вперёд. Устремившееся прямо мне в лицо лезвие я рассекаю глефой, чей клинок максимально напитан маной. Ещё пара мгновений, и я уже сблизился с противником, а лезвие глефы прорубает его защиту и оказывается прямо у горла.
Приподняв левую бровь, вопросительно смотрю на него. Слышу в ответ тяжёлый вздох.
— Признаю своё поражение.
— Хорошее было сражение, — киваю ему.
Отвожу глефу от его горла и, довольно ухмыльнувшись, направляюсь в сторону Альберта. В то же время купол над нами медленно исчезает.
Люций, уже окружённый своими подпевалами, недовольно морщится и быстро покидает территорию арены.
