Легенды или чудовищ — в воображении каждого они выглядят по-своему уникально. Новый автор Нацуо Кирино предлагает читателей влиться в мир Гроcеска, где реальность и фантазия смешиваются как никогда прежде. Встречайте новый шедевр — Гроcеск, полный мрачной атмосферы и жутких персонажей, которые заставят вас задуматься о том, что можно ли区分并翻译这段中文...
Тетка тряхнула головой, выражая категорическое несогласие:"
"— Этого не может быть. Ваша ложь глубоко ранит меня. Разве можно позволять мужчинам так грубо обращаться с собой? Когда я смотрю на вас, у меня сердце кровью обливается. Какая же вы глупышка! Я так переживаю за несчастных женщин, как вы. Мало того что вас в фирме обманывают, так еще вечерами приходится терпеть обман от мужчин. Это же настоящее мучение! Вы жертва своих собственных страстей. — Она погладила меня по голове рукой в перчатке. — Бедная вы, несчастная.
От ее ласки у меня съехал парик. Я сердито отпрянула в сторону:
— С чего это я несчастная? Какое тебе дело?
Не ожидавшая такой реакции, тетка сделала шаг назад. Я вырвала из ее рук Библию и с размаху швырнула в белые крашеные блоки стены, что отгораживала лав-отель от улицы. Библия смачно шмякнулась о стену и упала на асфальт. Резко вскрикнув, тетка бросилась поднимать свое сокровище, но я оттолкнула ее и наступила на Библию, распоров острым каблуком тонкую, как луковая шелуха, бумагу.
Я бросилась бегом в темноту переулка. Щеки холодил прохладный северный ветерок, стук каблуков громким эхом отражался от стен. Здорово я приложила эту святошу! Проходя мимо круглосуточного магазина, купила банку пива и пакетик сушеного кальмара. Открыла пиво, пошла дальше. Ледяная жидкость освежила горло, и сразу полегчало. Я подняла голову к темному ночному небу.
Ежиться от холода у Дзидзо больше не было сил, и я сбежала по каменной лестнице к станции Синсэн и оказалась на том самом пустыре, где обслуживала бомжа. Стояла, пила пиво, жевала кальмар и тряслась от холода. Вдруг так приспичило, что я тут же присела в сухую траву и, вспомнив загаженную уборную Чжана, рассмеялась. Здесь, на пустыре, куда приятнее.
— Эй, сестричка! Чем ты там занимаешься?
Наверху, на лестнице, стоял мужик и смотрел на меня. Он был как следует под градусом — ветерок доносил до меня запах перегара.
— Делом.
— Ого! Может, давай вместе?
Мужик нетвердыми шагами спустился ко мне.
— Знаешь, старичок, я тут замерзла как собака. Зайдем куда-нибудь? — предложила я.
Он кивнул как-то неопределенно, но я немедленно подхватила его под руку и потащила обратно в Маруяма-тё до ближайшего лав-отеля.
