Легенды или чудовищ — в воображении каждого они выглядят по-своему уникально. Новый автор Нацуо Кирино предлагает читателей влиться в мир Гроcеска, где реальность и фантазия смешиваются как никогда прежде. Встречайте новый шедевр — Гроcеск, полный мрачной атмосферы и жутких персонажей, которые заставят вас задуматься о том, что можно ли区分并翻译这段中文...
Больше знать его не хочу!
Пронзительный голос Юрико, преодолев десять тысяч километров, просачивался из черной телефонной трубки и разносился по мрачной комнате.
— Мать умерла не от этого. У нее были свои причины. — Я фыркнула: — «Знать его не хочу!» А деньги у тебя есть? Наверняка нет. Где ты в Японии жить собираешься? Как будет со школой?
Юрико не должна возвращаться в Японию. Ни за что. Но какого черта папаша так себя ведет? Мать умерла, а он в тот же день притащил в дом беременную подружку. Такого фортеля я от него не ожидала.
— Ладно, закругляемся. Потом поговорим.
— Нет уж! Мы должны сейчас все решить. С минуты на минуту явится полиция. Мне надо ехать вместе с ними — везти маму в похоронное бюро.
— О Японии забудь! Нечего тут тебе делать! — закричала я.
— Какое у тебя право мне приказывать?! Я еду.
— Куда?
— Без разницы. К тебе нельзя — попрошусь к Джонсонам.
— Сколько угодно. Давай, действуй.
— Ну ты и зараза. Только о себе думаешь.
Джонсоны! Придурковатая семейка. Как раз то, что надо Юрико. У меня будто гора с плеч свалилась. Если она поселится у них, видеться нам не придется, а раз так, пусть делает что хочет — возвращается или остается в своей Швейцарии. Мне наплевать. А я буду и дальше тихо-мирно жить с дедом.
— Позвони, когда прилетишь.
— Тебе же до меня никакого дела нет.
Уловив краем уха последние слова Юрико, я быстро положила трубку. Разговор занял минут десять. Отведя глаза, семейка Кадзуэ с нетерпением ждала, когда позвонит оператор и скажет, на сколько я наговорила. И дождалась. Не успела я протянуть руку к трубке, папаша с неожиданной прытью подскочил к аппарату.
— Десять тысяч восемьсот иен. Позвонила бы после восьми — вышло бы дешевле. У них с этого часа пониженный тариф.
— Извините, у меня с собой мало денег. Завтра я Кадзуэ передам.
— Да уж будь добра, — по-деловому отрезал папаша.
Я поблагодарила и вышла из комнаты в темный коридор. Передо мной была лестница. Я посмотрела на нее, и вдруг у меня за спиной скрипнула дверь. То был отец Кадзуэ. Через оставленную щель из комнаты в коридор пробивалась узкая длинная полоска света. Оттуда не доносилось ни звука. Его родня затихла — видно, горела желанием послушать, о чем мы с ним будем говорить. Оказалось, что он ниже меня.
