- Приехали, господин, - оповещает водитель, притормаживая.
В этот раз возле спортклуба «Скала» не ошиваются бандиты. Видимо, Шарик многих перегрыз. Главное, чтоб главный засранец выжил.
- Тебе не обязательно идти со мной, - отпускаю руку Кали. – Можешь подождать здесь.
- Нет, я с тобой! – заявляет она и, встретив мой взгляд, сразу сбавляет гонору. – Если можно.
- Можно, - решаю я, и Кали разве что только не мурлычет, преданно заглядывая мне в лицо.
Внутри спортклуба дорогу нам преграждают два бандюгана. Больше внутри никого. Сам зал почистили и от трупов, и от залатанных боксерских снарядов, и клетку-арену заменили. Только изрешеченные пулями стены свидетельствуют о бойне.
- Какого хрена приперлась, школота? – ковыряется мизинцем в ухе лысый здоровяк. – А телку ничего, пацан, ты привел. Оставляй - мы ее научим не только драться.
Эти либо не помнят меня, либо в день ужина Гончей гуляли далеко от базы. Тогда и нечего растрачиваться на объяснения. Дегенераты не поймут.
Шагаю прямо на лысого.
Плечом врезаюсь здоровяку под ребра. Высокий рост играет с ним дурную шутку – все ниже плеч превращается в кашу. Запоздало бандит надевает доспех. Теперь он как твердый кокос, внутри которого плескается молоко.
Поднимаю здоровяка в воздух и бросаю на пол. Наступаю кроссовком ему на трахею. Легонько жму – защита выдерживает. С оскалом давлю чуть сильнее – «колодцы» в предсмертной панике мерцают. Хрипя вороной, лысый умоляюще крутит зрачками. Я же смотрю на его бледного сотоварища.
- У меня сегодня плохой день, - поясняю свое вызывающее поведение. - Сейчас раздавлю твоего друга как таракана, потом сделаю то же самое с тобой. Беги или дерись.
- О-отпусти Ку-кузьму, - мелет чушь второй бандит, выбрав третий вариант - вообще впасть в ступор. Ну молодца, удивил! Головорез, блин.
Пускаю из пальцев паутину – нити плотно оплетают руки вместе с туловищем бандита.
Хватаюсь за паутину обеими рукам и дергаю как канат изо всех сил к себе. Бандита бросает навстречу со скоростью торпеды. К этому моменту поднимаю согнутую ногу, а когда разгибаю - стопа впечатывается в челюсть противника. Фронт-кик отправляет беднягу в новый полет, пока его не ловит стена. Ай, нет – деревянная обшивка ломается, следом не выдерживает и газобетонная кладка. Открывается еще одно окно на улицу. Бандит вываливается в проем на асфальт и уже не встает.
Вторая моя нога все еще стоит на шее лысого.
- Ты его убьешь? – спрашивает меня Кали. Ее лицо сейчас бледное как у Белоснежки, но глаза пронизаны пониманием моей жестокости. Даже в этом разнеженном мире, не обугленном пока жаром Армагеддона, она остается верной боевой подругой.
Какой-нибудь лиричный герой на моем месте сказал бы: «Решай сама – убить мне или пощадить твоего оскорбителя?» Но это лишь глупость.