Видимо, сестра. Сама решила не драться, отправила своего парня. Тот не очень и рад – смотрит на меня с опаской. Но деваться некуда – дворяне не отказывают своим женщинам в таких делах. Иначе засмеют.
- Судья! – кричу. – От Менской следующим выходит Бесонов, ее парень.
Тот лишь машет рукой, типа пофиг. Согласен, устроили тут Санта-Барбару. Уже в моменте не разобрать, кто за кого тут по праву дерется, а кто просто на огонек заглянул.
Снимаю пиджак и отдаю его Белоснежке. Закатывая рукава рубашки, встаю в центре клетки.
- Скажи спасибо бабе своей, - говорю бледному Кмету.
- За что? – блеет он.
– За то, что тебе писец, - не сдерживаю широкий оскал.
Парню не поздоровится. Гляньте на него - бугарь-Кмет вышел против девчонок-первокурсниц. Девушку свою послушал, ну-ну, а если она скажет избить младенца? Хотел бы ей помочь - уговорил бы не встревать в ненужную драку. Нет, таких подкаблучников надо перевоспитывать, не щадя лещей.
Посмотрев на мое лицо, он вздрагивает .
- В бой! – команда рефери звучит как приговор парню.
Не торопясь, принимаю боксерскую стойку. На меня летят огненные файерболы – даже не чешусь. Бессильное пламя стекает с Огнеупора, красные языки лижут настил, и в окружении пожара я медленно подшагиваю к Кмету. Не бью, специально медлю – чтобы растянуть удовольствие.
- Мне писец, - понуро блеет парень. Не совсем тупой, значит. Дошло наконец.
- Впредь десять раз подумай, прежде чем по глупости встревать за свою тупую девку.
Моя ступня с хлопком пробивает ему живот, и он отлетает, промяв телом сетку. Подхожу и луплю с размаху костяшками по мордасу. Доспех тухнет. Сильно не мучаю – незачем, парниша все понял. Лишь на прощание щелчком ломаю нос, да сжимаю ключицу до фарфорового хруста. На том и оставляю. Парень остается сидеть с выпученными глазами.
- Эй, Бесонов, - окликает меня рефери. – Ты куда? Он не сдался.
- Он просто не может, - ухмыляюсь. – Внимательней посмотрите – парень в шоковом состоянии.
Рефери спешным шагом приближается к Кмету, машет рукой перед его остекленевшими глазами.
- Черт! Санитары! Что же его так пробрало?!
Вопрос риторический, но я отвечаю:
- Радость? - рефери отворачивается от санитаров. - Ты ему ключицу в порошок раздавил!
- Ага, радость, что так легко отделался.
На этом покидаю клетку. Не сдержав эмоций, Кали бросается мне на шею. Алла в сторонке счастливо сверкает черными глазками, единственная из девушек не проявляя ревности. Вика недовольно скрещивает руки на груди. Злобно глядя на мои объятия с Кали, Белоснежка кашляет в кулачок.
- Долго ты возился с тем слабаком, - фыркает наиграно.
- Зато ты мгновенно расправилась со своей соперницей, - подмигиваю. – Правда ведь, Кали, что Света крутая?
- Ага, молодец она, - мурчит девушка довольной мордашкой зарываясь мне в шею.