Крепко сдавив меня руками и ногами, она еще и слюней напускала. Бе. А за Софией верблюжьих привычек не водится. Кстати где она? Оглядываюсь – княгини нет, лишь мятая подушка, источающая ее запах. Забавно: засыпал со старшей сестрой, проснулся с младшей. Мало того, что княжна ночью пробралась ко мне в постель, так еще и ночнушка соблазнительно задралась на пышных ягодицах. Провожу рукой по бледным выпуклостям. Холодные, упругие. Слегка сжимаю.
Тихо застонав, Белоснежка выгибается. Сонно хлопает глазами.
- Бес? – смотрит удивленно, как я лапаю ее пятую точку. – Ты…ты что, хочешь меня прямо сейчас?
- А ты будто не хочешь, – ухмыляясь, тереблю резинку ее трусиков. – Зачем тогда ко мне в кровать запрыгнула? Погреться?
Лицо Белоснежки красное, словно маков цвет. Чувствую, как сочное тело дрожит от странных тягучих волн из глубин. От ее природных афродизиаков чуть крышу не сносит.
- Я, правда, не готова, - щебечет и морщит лоб. – Наверное.
Еще несколько секунд наслаждаюсь ее дрожащим задом под моей ладонью и отпускаю.
- Расслабься, детка, сейчас у меня нет времени тебя радовать.
Однако княжна не спрыгивает, как выпущенная из кошачьих когтей мышка, нет, решительно поджимает губы и скользит вдоль торса к поясу. Приспускает мне семейники со словами:
- Ты не достанешься целиком моей сестре! - с пунцовыми щеками заявляет. – Я тоже кое-что теперь умею!
Она неуклюже наклоняется. Неприятные подозрения закрадываются в голову.
- Умеешь? И на ком же ты училась?
Ее пальцы обжигают мои бедра страстным прикосновением.
А, ну тогда ладно. Я откидываюсь на подушку и разрешаю себе несколько минут расслабона. Ласки Белоснежки будоражат кровь внизу торса. Натренировалась девушка знатно. Не один банан поди пострадал, хе. Кайфово, черт возьми!
После душа спускаюсь в гостиную во вполне благодушном настроении. День неплохо начался, а вечером опять открытое заседание Сената, хоть бы последнее. После прений, надеюсь, меня уже никто не рискнет вызвать на поединок. Надоело время тратить на слабаков. Прошлого дуэлянта я отделал будь здоров. Переборщил слегка, но ничего, теперь другие десять раз подумают. Мне плевать на их кодексы благородного, на пресловутую дворянскую честь. Точнее не так – если что-то не способствует нормальной жизни людей, мне это не интересно. Я не собираюсь плясать по чужим правилам, которыми прикрываются для моей травли. Со школьной скамьи свежа память о Пушкине - как околопрестольные интриганы изничтожили великого поэта подковерными играми. В это раз не на того нарвались.
София забралась с ногами на диван и сидит напротив включенного телика. Смотрит новости - ничего особенного, кто-то испек самый большой в мире блин.
- Так и думала, что Настьев блефовал, - шепчет княгиня.