Автор
Видя свое отражение в зеркале над камином, Саманта остановилась как вкопсанная. Глаза цвета изумруда сверкнули в лучах тусклого света, а платье из темно-зеленой тафты и черного бархата подчеркивало ее безупречную стройность. Но самое завораживающее было не то, что она выглядела страстной красавицей в наряде невесты, а как будто зеркало отражало что-то еще — грозу, готовую разразиться любой минутой....
— Я надеялся, что ты будешь спать, и не собирался нарушать приличия, беспокоя тебя.
— Тогда нужно было запереть дверь! — закричала Саманта, пытаясь понять смысл его слов.
— Может быть, сейчас мне вовсе не хочется, чтобы ты спала, — вкрадчиво сказал Хэнк.
Саманта внимательно посмотрела на него и покачала головой:
— Выбрось эти мысли из головы.
— Не могу. Правда, Сэм, не могу.
Он сделал шаг к ней, но Саманта повернулась и пошла к себе. Войдя в комнату, она остановилась у двери, но Хэнк, последовавший за ней, вошел так решительно, что невольно толкнул Саманту.
Он направился к ней, на ходу выдергивая рубашку из брюк. Саманта в страхе стала отодвигаться и оказалась, как в прошлый раз, в ловушке у стены.
"Она в упор смотрела на него, пока он снимал рубашку, и неожиданно почувствовала возбуждение. Все, что он подразумевал, говоря о незапертой двери, оказалось правдой. Конечно, сна ненавидела этого человека, ее похитителя, и вообще бандита, но не могла отрицать, какие сильные чувства вызывал он в ней. Саманта никогда в жизни не лгала самой себе.
Она хотела Хэнка, понимая, что не будет разочарована.
Испугавшись, что он прочтет ее мысли, Саманта отвернулась к стене, притворяясь безразличной.
Он скинул один башмак, потом второй. Звуки их ударов об пол показались ей громовыми, как будто навсегда решали ее судьбу. Хэнк снял брюки и отбросил их в сторону.
— Вы так изголодались по женщине, что даже не можете дождаться той, которая ответит на вашу страсть?
Он сел рядом и снял с нее блузу. Саманта разглядела шрамы на его груди, четыре на каждой стороне.
— После тебя я не прикасался ни к одной женщине, — просто сказал Хэнк. — Тогда ты зажгла во мне огонь. Ждать другую? Нет, моя радость. Только ты можешь погасить его.
— Вы… вы — бесчестный человек, — прошептала она, но в ее словах не было протеста.
— Я не сделаю с тобой ничего нового.
— Но…
— Не надо ничего говорить, Самина, — прошептал он.
Больше они не сказали ни слова. Он мягко опустился на нее, стараясь не давить всем своим весом.
