Автор
Видя свое отражение в зеркале над камином, Саманта остановилась как вкопсанная. Глаза цвета изумруда сверкнули в лучах тусклого света, а платье из темно-зеленой тафты и черного бархата подчеркивало ее безупречную стройность. Но самое завораживающее было не то, что она выглядела страстной красавицей в наряде невесты, а как будто зеркало отражало что-то еще — грозу, готовую разразиться любой минутой....
— Расскажи мне, в чем состоит твой интерес.
— Ты забыла, Сэм, что я делал тебе предложение стать моей женщиной.
Она с изумлением посмотрела на него.
— Но ты не повторял его.
— Но и не отказывался. Я допускаю, что сейчас ты ненавидишь меня. Но ты говорила, что любишь Эдриена. Мне не хотелось бы, чтобы твои привязанности менялись так часто.
При упоминании Эдриена Саманта моментально дошла до точки кипения.
— Мне наплевать на то, чего тебе хотелось бы!
— Ты любишь его? — вырвалось у Хэнка. Глаза у нее от удивления расширились: он явно был разгневан.
— Взгляни на себя, Хэнк. Твоя гордыня не позволяет тебе принять тот факт, что я оставила тебя и могу быстро найти другого. Все дело в этом, не правда ли?
Он резко встал, то же сделала и она. Они стояли и смотрели друг на друга через стол. Вдруг Хэнк отбросил его в сторону и оказался рядом с ней. Саманта даже не успела подумать о бегстве. Он схватил ее за руки и властно привлек к себе.
— Может быть, Сэм, ты и права. Все это не имело бы значения, если бы я так не хотел тебя.
Он приник к ее губам. Поцелуй был настойчивым и даже грубым. Несколько секунд она яростно сопротивлялась, а потом обняла его за шею и ответила на требовательный поцелуй. Его гнев возбудил ее, а близость Хэнка и память об испытанном наслаждении довершили начатое.
— Ты еще можешь, — прошептал он, его губы двинулись вниз к шее, — ты еще можешь стать моей женщиной, я не выпущу тебя отсюда.
— Нет! — она оттолкнула его, отрезвленная таким неожиданным заявлением.
Хэнк пригладил свои волосы жестом, выдававшим утомление, посмотрел на Саманту долгим взглядом, потом повернулся и вышел из дома. Он смотрел на грязный двор, на утесы, за столетия покрывшиеся мхом, смотрел на все в целом, но ни на что в частности.
— Ты… ты действительно хочешь задержать меня здесь? — спросила Саманта, глядя ему в спину.
— Нет, — тихо ответил Хэнк.
Она поставила стол на место и расставила около него стулья, испытывая желание хоть что-нибудь делать.
— Тогда почему ты сказал так, Хэнк?
— Такое говорится только в порыве страсти. Забудь мои слова, Сэм.
Саманта снова смотрела ему в спину.
— Я понимаю, что ты больше не хочешь меня. Ты ненавидишь меня, Хэнк?
Он повернулся к ней лицом.
— Тебе будет лучше, если я скажу да?
— Я хочу знать правду.
— Правда в том, что мы близки с тобой и ты влияешь на мои мысли и поступки.
