В тени мрачного подъезда, где воздух напоминает смрад уничтоженной кладки змеиной шерсти, медленно продвигаешься к закрытой двери. Открыв её хлипкой защёлкой и сдерживая вздох от нестерпимого запаха, чувствуешь себя вдвоём с оружием против всей жуткой тьмы улицы.
— Зачем оно мне? Куда я в нём ходить-то буду?!
— Забыла, что скоро Новый Год? В клуб сходим, отметим как люди; хватит уже по углам отсиживаться.
И знакомым жестом пихнула меня в сторону примерочной. Я чудом устояла на ногах с этими чудовищными каблуками. Едва успела стянуть плотную материю, как ко мне заглянула Алиса и выхватила платье из рук.
— Одевайся, а я пока оплачу.
Она скрылась за занавеской, и мои щёки вспыхнули стыдливым румянцем: чтобы рассчитаться с ней за все эти покупки, мне год придётся работать на Алису.
Когда аппетиты подруги наконец-то были удовлетворены, мы покинули торговый центр, который я иначе как камерой пыток назвать не могла. Ноги гудели, и мне просто хотелось оказаться дома и упасть на постель.
Родителей Алисы всё ещё не было, когда мы вернулись, поэтому девушка дала себе волю и включила на ноутбуке свой плейлист.
Перемеривать вещи по второму кругу уже дома я категорически отказалась и поплелась в ванную, чтобы хоть немного смыть с себя усталость, но на полпути замерла и повернулась к Алисе.
— А что ты там придумала насчёт Нового года?
— Ты разве не слышала? — удивлённо спрашивает подруга. — Ты со своей невнимательностью всю жизнь так проеб… эмм… пропустишь.
Я нахмурилась.
— Раз я пропустила эту информацию, значит, идти я никуда не соглашалась, так что я, пожалуй, останусь тут.
Алиса послала мне недоверчивый взгляд.
— Если это была шутка, то не смешная. А по поводу праздника… Я сдала за тебя деньги, так что отказ не принимается.
Я почувствовала себя загнанной в угол.
