Сборник рассказов российских фантастов, созданных в рамках 48-часовых конкурсов под руководством Сергея Лукьяненко. Авторы исследуют темы морали, выбора и гуманности через призму научной фантастики. Произведения опытных мастеров и молодых талантов предлагают острые размышления о том, где...
Раздел Chitat.online для книги «Гуманный выстрел в голову» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Сборник рассказов российских фантастов, созданных в рамках 48-часовых конкурсов под руководством Сергея Лукьяненко. Авторы исследуют темы морали, выбора и гуманности через призму научной фантастики. Произведения опытных мастеров и молодых талантов предлагают острые размышления о том, где...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Сборник рассказов российских фантастов, созданных в рамках 48-часовых конкурсов под руководством Сергея Лукьяненко. Авторы исследуют темы морали, выбора и гуманности через призму научной фантастики. Произведения опытных мастеров и молодых талантов предлагают острые размышления о том, где...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
За две сажени от дыры Вадим поднял переднее колесо мотоцикла над землей, дернул рычаг планирования. Крылья дельтаплана раскрылись с треском. Вовремя! Заднее колесо навалилось на узкую тропку, земля стала рушиться под мотоциклом в глубокую, дна не видать, дыру. Все-таки червь. Да какая теперь разница?
На мгновение мотоцикл потерял связь с землей, потом вновь коснулся колесом твердой почвы, пробуксовал и вылетел на гребень трамплина. Прыжок. Полет. Пронесло!
Вадим откинулся на закрепленный за спиной рюкзак, расслабляясь и направляя мотодельтаплан вверх, ловя восходящий поток воздуха. Четверти заряда аккумуляторов как не бывало. А он только заступил на дежурство! Впрочем, взлетать больше не придется… И мотоцикл, наверное, скоро придется оставить. Еще раз понадобится как следует разогнаться лишь для того, чтобы вернуться…
Внизу проплывала темная зелень деревьев, мелькали черные пятна прогалин, синие полосы ручьев и рек. Словно бы сам собой дельтаплан поднялся на четверть версты над тайгой. Ветер попутный, облаков нет, фотоэлементы крыльев жадно впитывают солнечный свет. Лети, сколько хочешь — аккумулятор почти не разряжается. Но скоро ночь, а до той поры не мешает сесть.
— Панкратов, Панкратов! — раздались из динамики шлема позывные штаба дружины. — Прибыл на место?
— Никак нет, господин полковник! — отрапортовал Вадим. — Лечу.
— Что видишь?
— Ничего подозрительного. Только трамплин на сопке сто двадцать два кто-то проел. Червь, наверное. Предупредите наших.
— А что тебя на сто двадцать вторую понесло?
— Да так, прокатиться захотелось. Да и ближе оттуда.
— Все ясно. Я пошлю ремонтный отряд. Конец связи.
— Конец связи, — отозвался Вадим.
Полковник Безбородых никогда не упустит случая лично напутствовать дружинника перед выходом на дежурство. Что ж, служилым казакам он как отец. Спросит строго, но в обиду не даст, по пустякам придираться не станет. Да и то — в дружине пластуны опытные, бойцы со стажем…
Не прошло и пяти минут после выхода полковника на связь, как Вадим услышал громкий треск. От неожиданности дернул руль, завалил дельтаплан набок, оглядел крылья, стойки. Вроде бы, все цело. Что трещит?
Еще один всплеск шума. Да это же динамики в шлеме! Треск прекратился, послышался гул, и из дальнего далека пришел голос полковника:
— Всем, кто меня слышит! Высадка диверсантов в двенадцатом квадрате. По возможности принять меры. Обнаружить врага и навести на цель регулярные силы… Повторяю…
Голос полковника потонул в гулком шуме, пронзительном треске. А через минуту динамики шлема замолчали. То ли с опозданием включились фильтры, то ли не выдержала электронной атаки аппаратура. Погас дисплей определения координат. Даже стрелка север-юг завращалась, словно в недоумении, и растаяла.
