Они первыми встречают вражеские «волны», они упрямо ломятся вперед под огнем баллист. А в голове у каждого бойца: «Левой! Левой!».
Солдат тяжелой пехоты неприхотлив. Ему нужен ритм и нужен противник. Шаг за шагом, в такт со всеми. Вперед и только вперед. Симфония железа и сержантских голосов.
— Левой! Левой! Раз! Два! Три!
Впереди спина друга, справа щит товарища. Стальная река течет своей дорогой. Впереди неизвестность и она пугает. Но не сейчас. Сейчас ничего не страшно. Пока есть ритм!
Шаг! Шаг! Шаг! Мысли — ровное, шерстяное полотно, без ворсинок сомнений. Война — не горе, война — работа. Война — праздник. Главное, чтобы все шло в такт. Иначе — думы. А они солдату не нужны. Боец не должен сомневаться! Та армия сильна, где не задают лишних вопросов.
— Пятая шеренга — подтянись! Левой! Левой!
Музыка дороги. Мерный шаг и синхронный звон доспехов. Отряд идет.
— Эгегей! — мимо проносится эскадрон Ласточек. Закованные в броню гиганты. Они тоже гибнут чаще других. Но у них нет ритма. У них есть мысли, у них есть сомнения, страхи. На то и гвардия.
Пехотинец же счастливый человек. У него легкая жизнь и не менее легкая смерть. Главное — ритм!
— Стой! Раз-два! Привал!
Голова взрывается от образов, но еще слышно эхо вселенского метронома.
— Щиты на землю!
Грохот скидываемого снаряжения.
— Куда идем-то? — первый вопрос. Первая, ленивая мысль. Первый разумный звук. Скрипят пораженные ритмом умы, и на вопрос вскоре находятся ответы.
— Черт их знает.
— На хрен идем! — пытается пошутить кто-то.
— Табачок есть у кого?
— Морда, еще раз пёрнешь в строю — грохну!
— Говорят, что недолго осталось.
— Война…
— Черепашки! Как настроение? — рядом останавливается один из Кирасиров. Эти бойцы птицы вольные.
— Катись ты, а?
— Куда идем, кентавра?
— Дай прокатиться?
Много вопросов. Порядка нет. Умы разминаются, дабы вконец не зарасти паутиной ритма, а в ушах все еще стынет: «Левой! Левой!».
— Ничего, мужички, недолго вам топать осталось. Оттопали свое уже, да… — улыбается Кирасир.
— Так куда идем?
— Не умничай!
— Давай его лошадку на ужин пустим?
— К Кранине идем, мужики, али не знали? — смеется Кирасир."
"— Щас с коня скинем! — кричит кто-то.
— Гы-гы-гы! — вторят ему остальные.
— Ладно, ладно. Не знаю я, куда идем. Наше дело маленькое — дойти, да накостылять кому надо, верно, пехота?
— Верно, кентавра, иди, катайся!
— Ну, Бог в помощь! — Кирасир срывается с места, а бойцы еще долго перемывают ему косточки, посмеиваясь над всеми «кентаврами». Разум проснулся. Кто-то вспоминает старые байки, кто-то подтрунивает над приятелями. Кто-то думает о будущем. Это самое мерзкое — думать о будущем, сквозь тихое, неугасшее «Левой».
— С Краниной воевать будем? Да…
— Никогда же не ссорились.