В холодной простоте комнаты, ледяной кондиционер в центре пола создает нестерпимую тишину. Стены покрыты лишь светлой кремовой краской — идеально ровные стенки словно упрекают посетителя за проникновение в их спокойствие. Сегодня гость, как всегда тщательно ослепленный бесцветным интерьером, находит себя в этой невеселой домашней атмосфере....
Но Леся храбро постояла под холодными струями. И лишь после того как все ее тело покрылось мурашками, она выскочила из-под душа и полезла в холодильник в поисках чего-нибудь горячительного. Нашлось шампанское и водка.
— Пить шампанское в такой ситуации — это кощунство! — пробормотала Леся и от души плеснула в чистый стакан водки, слегка закрасив ее апельсиновым соком."
"Лихо опрокинув напиток в рот, Леся проглотила ледяную жидкость, даже не поморщившись. Сказывался пережитый шок. Все еще не до конца придя в себя, Леся вспомнила про злосчастную папку и поковыляла в прихожую.
Папка лежала там, где она ее и оставила. Леся взяла ее в руки, покрутила так и эдак.
— Симпатичная какая папочка, — пробормотала она и потрясла папку над ухом. — А что же там у нас лежит?
Вопрос не был риторическим. Вдруг там билеты на самолет, который улетает уже сегодня? Тогда ясно, что мешкать нельзя. Или какие-нибудь ценные бумаги, тогда надо еще раз съездить по указанному адресу и передать из рук в руки тому человеку, о котором говорил доктор.
— Минуточку, а как я его узнаю?
В самом деле, доктор Пешков не дал Лесе никаких примет того человека, которому следовало передать папку. Только адрес. А вдруг ей откроет дверь совсем другой человек? А она его примет за того самого нужного. И совершит ужасную ошибку. Нет, документы следовало просмотреть. Глядишь, там и имя какое-нибудь выплывет.
И Леся нетерпеливо дернула за тесемки.
— Кира, — произнесла она в трубку загробным голосом. — Приходи! У меня тут такое!
Кира не заставила себя долго ждать.
— Примчалась, едва голову досушила! — воскликнула она. — Как тебе моя новая укладка?
Когда Лесю призывали в качестве арбитра прекрасного, она не могла отказать.
— Много ты понимаешь! — фыркнула Кира. — Это живописный беспорядок! Мне вчера в салоне мастер за бешеные бабки изобразил. А за ночь волосы примялись.
