В холодной простоте комнаты, ледяной кондиционер в центре пола создает нестерпимую тишину. Стены покрыты лишь светлой кремовой краской — идеально ровные стенки словно упрекают посетителя за проникновение в их спокойствие. Сегодня гость, как всегда тщательно ослепленный бесцветным интерьером, находит себя в этой невеселой домашней атмосфере....
— И вон ту деревянную беседку с черепичной крышей! Тоже можно разобрать и по кусочкам на грузовичке вывезти!
И дискуссия на этом месте оборвалась. Подруги поднялись на крыльцо и постучали деревянным молоточком по специальному маленькому гонгу на двери. Гонг, даром что был крохой, загудел как царь-колокол.
— Ишь ты! — восхитилась Леся. — Как у него тут все оформлено!
Дверь подругам открыл сам хозяин дома. То есть сначала подруги этого не знали. У них просто перехватило дыхание при виде такого мужчины.
Евгением Анатольевичем язык не поворачивался его назвать. Мужчине было от силы тридцать три — тридцать пять. Рост его приближался к двум метрам, плечи атлетически развернуты, а кожа гладкая и смуглая.
— Ой, — едва слышно прошептала Леся. — Просто ой! Слов нет!
— Вы ко мне? — вопросительно приподнял левую бровь Евгений.
Из них двоих крепче оказалась Кира. Должно быть, очарование Валеры несколько перебило потрясающую внешность Евгения. Во всяком случае, она сумела вернуть свою челюсть на место и промямлить:
— М-да! К вам.
Евгений оказался воспитанным человеком и не стал прямо на пороге устраивать подругам допрос. Вместо этого он пригласил их в дом. Предложил чаю, соку или воды со льдом. И лишь добившись, чтобы подруги комфортно расположились на глубоком мягком диване, приступил к выяснению цели их визита.
— Я уже слышал про огромное несчастье, которое случилось с доктором Пешковым, — произнес он, и чело его затуманилось приличествующей месту скорбью.
— А вы?
— Я? — казалось, удивился Евгений. — А при чем тут я?
— Но вы же были в день убийства в кабинете у доктора. В промежутке с пяти до семи вечера.
— Вы ошибаетесь.
— Ошибаемся?
— Ну да, потому что в это время я был совсем в другом месте. Милиция меня уже расспрашивала. Можете не беспокоиться, я чист аки агнец.
— Как жаль, — расстроилась Леся.
