Слуги сюда добирались по черновой лестнице, поэтому нам на пути не встретились.
Когда мы явились в столовую в полном составе, нас уже поджидал полностью сервированный и накрытый стол. Прислуживать за ужином мужчины решили сами, отпустив по итогу даже управляющего, который явно намеревался исполнять роль личного слуги для леди Волдерт.
Но леди сегодня купалась во внимании гостя.
Я искренне восхищалась умениями кухарки. Менее чем за полчаса она сотворила столько разных блюд, сколько у нас в академии за весь день не готовили. Не иначе как кулинарная магия постаралась.
Я знала, что существовали артефакты, способные сохранять приготовленные блюда в стазисе годами. На вкус такие были, как только что приготовленные, и при этом не теряли ни своей формы, ни цвета. Подобные штуки очень экономили время и деньги. Например, поварам в ресторациях или хозяевам таверн.
Этот ужин следовало назвать не иначе как праздничным. Перед нами предстали сразу пять видов закусок: как холодные, так и горячие. Среди основных блюд присутствовали рыба, птица и мясо теленка, причем к каждому подавался свой гарнир. Два салата, различные напитки – от воды и до горячительного. На отдельном столике своего часа поджидали фрукты, орехи и пирожные, но добраться до них никому, увы, было не суждено.
Просто потому, что даже ложка от каждого поданного блюда в итоге превращалась в наисытнейший ужин. А ведь попробовать хотелось все. Даже маленькая леди со мной была солидарна и смаковала сырно-яичный рулет, собственноручно утянутый из общей тарелки.
Генерал Волдерт сказал: можно. Я протестовать не стала.
Конечно, у таких малышей имелись определенные ограничения в питании, но ничего запрещенного Сабира за этот ужин так и не получила. Даже на десерт для нее приготовили картофельную корзинку, начиненную сливочной тыквой. Я это знала, потому что такую же приготовили и для меня, чтобы маленькая леди точно не хваталась за запрещенные сладости.
Она и не хваталась. Вела себя как наимилейший ребенок, за что и получала похвалу от всех подряд. Впрочем, внимание за ужином мы все же разделили. Генерал Юхоко словно вознамерился разузнать обо мне как можно больше, а потому простыми вопросами не ограничивался. За час нашего нахождения в одном помещении я была допрошена, как в застенках лучшей тюрьмы.
Правда, все это подавалось в атмосфере светского раута. Будто я не являлась обслугой, а находилась в этом поместье в качестве равной гостьи. Моим мнением интересовались, мне часто делали комплименты, а еще со мной пытались флиртовать.
За час этого спектакля я устала настолько, что разговаривать не хотелось вообще, но герцог Эльдоро не отставал, хотя генерал Волдерт и осаживал друга с завидной регулярностью.