Кроме того, что девочка вообще не разговаривала, имелись и другие проблемы.
В первую очередь она пока не могла обслужить себя самостоятельно за столом. Мне пришлось кормить ее с ложки как обедом, так и ужином.
Но не все оказалось так плохо. Девочка уже умела держать облегченную кружку и пить из нее, а еще самостоятельно расправилась с пирожком, который ей принесли на полдник вместе с нарезкой фруктов. Правда, к последним она так и не притронулась.
Зато с ночным горшком дела обстояли куда лучезарнее. Сабира уже умела терпеть, а еще неявно демонстрировала свои потребности. Когда хотела в туалет, начинала теребить юбку платья в районе живота, и именно так я понимала, что пора вести девочку в уборную.
С ног до головы отмыв девчушку от красок, к которым мы вернулись после ужина, я обернула ее пушистым мягким полотенцем и вынесла в спальню. С непривычки ощущала просто дикую усталость. Руки отваливались – миниатюрная леди оказалась тяжелой, а язык еле ворочался, потому что мне приходилось вслух комментировать все, что мы только видели и делали.
Я как-то краем уха слышала, что, чтобы ребенок заговорил, нужно постоянно болтать в его присутствии и с ним непосредственно. А еще обязательно делать длительные паузы, чтобы малыш имел возможность собраться с мыслями и ответить.
И почему я не прошла вступительный экзамен на няню?
А впрочем, я-то как раз знала почему. Главным критерием отбора являлось наличие младших братьев и сестер. Опыт общения с малышами – вот что ценилось у них на курсе. Ту же Берану директриса всеми силами направляла стать няней, учителя на этом настаивали, но подруга заупрямилась, потому что за свою жизнь уже успела навозиться с младшими.
Переодев играющую с резиновым котиком Сабиру в светлую ночную сорочку, я слегка подсушила малышке волосы магией. Уже знала, как она привыкла укладываться спать. В кровать с собой она обязательно брала одну игрушку, делала глоток воды перед сном и терпеливо ждала, пока ей прочтут сказку.
Своеобразный повторяющийся ритуал позволял девочке расслабиться, и пока я не собиралась его нарушать. Сначала ей следовало привыкнуть ко мне, чтобы новшества не вызвали отторжения и протеста.
Желудок неприятно заурчал: сегодня я так и не успела поесть за весь день. Мне просто не хватило на это времени, потому что управляться за выделенные на трапезу полчаса я пока не приноровилась.
Взяв в руки объемную книжку со сказками, я привычно подавила голод и заняла мягкое кресло у кровати.
