– Я ведь и сама батюшку не помню толком… – с застенчивой улыбкой ответила она, – совсем крошкой его видела в последний раз. Но маменька, покуда была жива, часто повторяла, что Серж уж больно на него похож – одно лицо буквально! Маменька рассказывала, что папá очень видным мужчиною был. Хоть и признавала, что не такой красавец, как Жорж.
– А портретов Сергея Васильевича не осталось ли? – спросила я снова.
– Ах, да вы спрашивали уже, Лидочка, – не осталось. Маменька говорила, что папá не любил, чтоб с него портреты писали, а фотографии тогда и не делали еще особо… Уже после маменькиной смерти, когда имение с торгов продавали – Жоржик в долги влез, я вам рассказывала, – я все комнаты, даже чердак обыскала: ни одной картиночки не нашла. Куда все подевалось, ума не приложу…
* * *Что касается детей, то мне очень бы хотелось сказать, что после Березового отношения наши улучшились. Но увы. Мальчики все так же капризничали, шумели и безобразничали на уроках. Разве что мышей в ридикюлях мне больше не попадалось – и то лишь потому, что я была ценна для них своим знанием английского.
Правда, и здесь дети попытались сжульничать.
– Денис Ионыч, а вы по-английски знаете? – невинно осведомился Конни, когда господин Стенин в очередной раз нас посетил.
– Нет, малыш, увы, не настолько хорошо, – рассмеялся тот, пролистывая Майн Рида, которого Конни впихнул ему в руки. – Но зато могу поискать перевод – «Всадника без головы» ведь на русский давным-давно перевели!
«Спасибо вам огромное, дорогой Денис Ионович!» – так и хотелось фыркнуть мне, но я сдержалась.
И не зря. Когда в следующий свой визит Стенин принес перевод, то мальчики, начав было читать, как-то очень быстро приуныли и, стесняясь, уточнили у меня, в силе ли наш уговор.
В тот визит Стенина я присутствовала при их разговоре – все исподтишка рассматривала Сержа, помня о словах Елены Сергеевны, что мальчик похож на Сорокина. И понимала, что ничего мне это не даст…
Серж был самым обычным мальчиком – не низким и не высоким, не полным и не худощавым. Темно-русые, не слишком густые волосы, голубые глаза и тоненькое, еще детское личико с заостренным подбородком. Совершенно не за что зацепиться!"
"Я пыталась сравнить мальчика с моим подозреваемым Стениным, но очень с трудом могла себе представить Дениса Ионовича молодым красавцем – без его объемного живота и оплывших щек. Глаза у него тоже были голубыми, зато волосы – точнее то, что от волос осталось, – гораздо светлее и с явным медным отливом, чего у Сержа не наблюдалось даже близко. Впрочем, я отлично знала о существовании красок для волос: простейшая хна дает как раз медный оттенок.
Курбатов же имел волосы совершенно седые, так что невозможным казалось определить цвет его шевелюры в молодости.