Но это будет стоить победителю… – он поднял глаза к потолку, прикидывая, – …пять процентов призовых. Согласны?
– Согласен! – мгновенно ответил Небежинский.
Эко парня припекло! Умеет девочка приваживать мужицкие сердца. Да и, судя по всему, не только сердца…
Осетр мотнул головой – это была не его мысль. Во всяком случае, не того Осетра, что полдня сегодня крутился вокруг Яны. С такими мыслями не влюбляются!
– Ты чего, не согласен? – опешил Небежинский.
Осетр вновь мотнул головой, возвращаясь к реальности.
– Да согласен я, согласен!
– А чего тогда головой мотаешь?
– Так, своим мыслям. Успокойтесь!
Удовлетворенный Модест Силантьевич хмыкнул:
– Во время схватки, конечно, думать надо. Да только слишком задумываться не стоит. А то быстро с арены унесут. И хорошо, если не вперед ногами!
«Вот уж за это вам беспокоиться не стоит», – подумал Осетр.
– Ему еще оружие потребуется, – сказал Небежинский. – Не с плазменником же против меня выходить!
– Это минус один процент от призовых. Вычту из выигрыша победителя. Согласны?
«Ну и паук!» – подумал Осетр.
– Большие траты, – пояснил импресарио. Никакой вины в его тоне не было.
Оба будущих поединщика высказали свое согласие.
Они вышли из помещения.
Модест Силантьевич запер дверь и отмахнулся от прочих поединщиков:
– Подождите! Сейчас вернусь. Мы недолго, только оружие подберем.
Подошли к следующей двери.
За ней оказался самый настоящий арсенал. Вдоль стен стояли стеллажи, на которых нашли прибежище мечи и сабли, кинжалы и кортики, пики и алебарды, топоры и палицы, щиты и шлемы и великое множество другого древнего оружия, русского и европейского, японского и африканского, арабского и индейского. Отдельный стеллаж занимали инструменты, с помощью который хороший оружейник (да и толковый боец тоже, потому что оружие лучше обихаживать собственными руками; тогда ваши души быстрее входят в контакт друг с другом) легко мог привести все это великолепие в надлежащий порядок.
У Осетра просто глаза разбежались.
Импресарио смотрел на него с гордостью.
Да, похоже дело у Модеста Силантьевича поставлено на широкую ногу. Впрочем, ему-то, Осетру, какая разница? Пусть эти схватки (а точнее, эти денежные потоки) беспокоят ведомство господина Рябушинского, главы министерства по налогам…
Импресарио сделал правой рукой приглашающий жест:
– Выбирайте, молодой человек! На свой вкус!
Осетр снова обвел взглядом все это великолепие и повернулся к Небежинскому:
– А у тебя что за оружие?
– Так я тебе и сказал!
Ишь ты, конспиратор хренов!
– Хорошо! – Осетр повернулся к Модесту Силантьевичу. – Могу я выбрать оружие втайне от него?
– Да, конечно. Это не противоречит правилам.
– Да пожалуйста! – Небежинский двинулся к двери.