Избранник, призванный изменить Галактику, начинает свой путь, где он учится любить и убивать. В мире, поделенном выходцами со Старой Земли, его судьба связана с загадками и скрытыми угрозами. Начинается приключение, полное тайн о космических силах и неизведанном будущем.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Гвардеец»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Избранник, призванный изменить Галактику, начинает свой путь, где он учится любить и убивать. В мире, поделенном выходцами со Старой Земли, его судьба связана с загадками и скрытыми угрозами. Начинается приключение, полное тайн о космических силах и неизведанном будущем.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Дмитрий Николаевич Дашко Легкое чтение Любовные романы Фантастика Космическая фантастика подборки серии
Избранник, призванный изменить Галактику, начинает свой путь, где он учится любить и убивать. В мире, поделенном выходцами со Старой Земли, его судьба связана с загадками и скрытыми угрозами. Начинается приключение, полное тайн о космических силах и неизведанном будущем.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Садитесь! – Он переплел пальцы рук, подпер ими мощный подбородок и задумался.
– Что между вами произошло?
– И как же вам удалось?
Осетр пожал плечами:
– Испугался. Само собой как-то получилось…
– Ну… Наваха и Кучерявый видели. Но их я тоже убил.
– Тогда они уже не свидетели.
– Кто еще видел, не знаю.
– Иными словами, вам светит обвинение в многочисленных убийствах. Правда, ваши жертвы – приговоренные к смерти преступники, что, в общем-то, увеличивает ваши шансы на благополучный исход. Но закон требует, чтобы я вас задержал.
Осетр снова пожал плечами, как бы говоря: «Воля ваша…»
– Тут еще одна сложность возникает, – продолжал Бабушкин. – Вы убили бандитов, а за своих они мстят жестоко. Так что, останься вы на свободе, я за вашу жизнь и медного гроша не дам. И получается, что нет у вас иного выхода, помимо помещения в камеру предварительного заключения.
И опять Осетр пожал плечами.
– Что вы плечиками поигрываете? Вы хоть понимаете, что все испортили?
– Я тоже думаю, что вам надо упрятать меня в камеру предварительного заключения. И вам будет спокойнее, и мне.
– Вы хоть что-нибудь узнали?
– Наверняка я не узнал ничего. Кроме того, что наш компаньон, кажется, принимает участие в каких-то весьма странных делах.
Бабушкин достал из стола сигарету, закурил и отравил атмосферу кабинета табачным дымом.
– Я его нашел. Но потом снова потерял.
– И где же вы его нашли?
– В лесу. Там, где добывают плоды храппов.
– А с вами там что случилось? Мне доложили, что вас привезли в лазарет.
Осетр в четвертый раз пожал плечами:
– Сказать правду, я и сам не знаю, что там со мной случилось… Это правда, что многие заключенные, долго работавшие на добыче плодов, сходят с ума?
– Правда. И не многие, а все поголовно. Лес как будто мстит людям за свои богатства.
– Тогда остается предположить, что он и мне пытался отомстить. С ума, правда, свести не смог, но вырубил напрочь. Во всяком случае, целый день у меня из памяти выпал… Простите за то, что не смог вам помочь. Кстати, убийц медсестры не нашли?
Майор Бабушкин потер подбородок, как будто у него болели зубы.
– Нет. Уголовное дело открыто, но никаких следов на том месте, откуда стреляли в Инну Музыченко, отыскать так и не удалось. Явно действовал профессионал.
– То есть вы думаете, что ее убил сотрудник имперских спецслужб?
– Я ничего не думаю. Чтобы думать, надо иметь улики, а у меня в кармане вошь на аркане! – Он встал. – Пора брать вас под стражу. – Он подошел к двери, открыл ее и сказал своему секретарю. – Лейтенант! Вызовите сюда дежурный наряд!
Глава шестьдесят первая
Нельзя было сказать, что боль отпустила душу Осетра, просто она стала менее острой – словно затаилась где-то в самых глубинах и ждала там, под затянутым тиной камушком, неведомо чего.
