Жанр
Весна пришла, но воздух всё еще холоден после зимней бойни. В госпитале ранены молча прячутся от боли и смерти, а рядом дружно храпит медсестра. Илья осознает, что снова стал обычным винтовочником, но внутри его горят старые натуралистские творения и мечты о том, как бы всё было по-другому. Война разбилась окончательно, а Илья ищет свой путь между жизнью и смертью....
Тебе надо попасть в Кромы.
Илья впился взглядом. Чем так интересны эти Кромы нашему командованию? Железная и автомобильная дороги, стратегически важные, так и важнее узлы есть. Впрочем, не его дело. Ещё постарался запомнить, где и какие немецкие части расположены. От линии фронта эти Кромы далеко, однако с апреля войсковой разведке разрешили работать с агентурой и осуществлять глубокие рейды.
– Сейчас в пятом отделе делаешь фото, они в курсе. Учти, даже бельё должно быть германское. Идёшь под видом немецкого солдата.
– Я же немецкого не знаю!
– Главным будет радист, он немецкий язык знает не хуже, чем ты русский.
Чем дальше, тем более странным, необычным казалось задание. В спецотдел сходил, сделал фото, а через час получил зольдатенбух – солдатскую книжку военнослужащего вермахта. Причём книжка была настоящей, как заверили в спецотделе. Только фото искусно вклеено. Как и в РККА, в вермахте на личных документах применяли секретные знаки. О них хорошо знали спецслужбы – гестапо, СД, ГФП.
"Но Илья не имел задания внедриться, только доставить в назначенный пункт радиста. То есть оберегать его, по сути, даже ценой собственной жизни, нести часть груза. Как подозревал Илья, коли сопровождать радиста, придётся нести рацию и батареи к ней.
Начальник первого отделения на карте указал, где на нейтралке минное поле, где удобнее просочиться. Всё делалось в спешке. Илья таких сборов не любил. Где спешка, там всегда вероятны недоработки, ошибки. Но настоящий шок он испытал, когда его свели с радистом в кабинете Чекмазова.
