Жанр
Весна пришла, но воздух всё еще холоден после зимней бойни. В госпитале ранены молча прячутся от боли и смерти, а рядом дружно храпит медсестра. Илья осознает, что снова стал обычным винтовочником, но внутри его горят старые натуралистские творения и мечты о том, как бы всё было по-другому. Война разбилась окончательно, а Илья ищет свой путь между жизнью и смертью....
На полустанке здания вокзала нет, переночевать негде, только техническое помещение для персонала. Пешком возвращаться в Кричев? К утру придёт. Решил – утро вечера мудренее. Постучал в одну из изб, попросился у хозяйки-старушки переночевать. В избе съестным не пахло. Да как же тут люди выживают?
– Хозяйка, чугунок есть? Гороховую кашу варить будем.
При выписке из госпиталя Илья получил сухой паёк на сутки – пачку сухарей, два брикета гороховой каши и банку рыбных консервов. Брикеты всухомятку не угрызёшь, зубы беречь надо, а сварить – вполне съедобные становились.
Хозяйка ловко ухватом чугунок из печи вытащила, по чашкам разложила, вручила деревянную ложку. Что удобно, в отличие от алюминиевой, деревянная губы не обжигает, но есть непривычно. Илья консервы поровну поделил, разложив в миски с горохом. Илье попроще, сухари ржаные хрустят на зубах, а хозяйка сухарь сначала размачивала в воде, потом откусывала. Непритязательная еда, а съели быстро и подчистую.
Хозяйка Илье постелила. Давно он на кровати не спал. То топчаны жёсткие, то вовсе на земле, да и подушки на фронте только в госпитале видел. В землянках вместо подушки ватник. Выспавшись, поблагодарил хозяйку, водички кружку выпил – и в путь. Пешком, напрямик, как хозяйка показала. Шесть часов бодрого марша – и он уже в Климовичи вошёл. И снова неудача, прямо какой-то злой рок. Только что ушла последняя машина с сотрудниками штаба. Куда – гражданские не знают, да и кто им скажет? Выматерился витиевато, в несколько коленец, что делал нечасто, присел на лавку.
– Боец! Ко мне!
Илья подбежал, вытянулся по стойке «смирно».
– Старшина Сафронов!
– Как на Кричев проехать?
– Разрешите показать? Мне туда же надо.
– Садись.
Илья в кузов забрался.
