Автор
В которой девушке вредно геройствовать, а кто-то в Кошельке может спасти жизнь. Взгляды на выбор между деньгами и безопасностью резко меняются, когда перед героиней ставится неожиданная трагическая ситуация. Атмосфера напряжения и решительности окунает в серию захватывающих событий в мире с легендарными драконами и опасным кошельком....
А я ведь думала, что он полностью потерял голову… Или все же потерял, и щит — это вбитое до автоматизма действие?
— Не вертись, Эрика, — произнес князь строго и легонько провел пальцами по моим горящим губам.
Их словно холодом умыло.
О… Он убрал след поцелуя?
— Тогда и щеки, пожалуйста, полыхают, — попросила я.
Князь обхватил мое лицо широкими ладонями, даря коже успокаивающую прохладу.
В фиолетово-синих глазах мелькнуло чисто мужское удовлетворение.
Ах ты драконище! Рад, что довел девушку до такого состояния? Ну, так в эту игру можно и нужно играть вдвоем.
Ох…
Какие глупости лезут в голову!
Никого я дразнить и соблазнять не буду.
Нельзя.
Он — регент. А я иномирянка в чужом теле. Попаданка, разозлившая местных богинь. Их гнев может перейти и на него.
А ему нужны подобные проблемы?
Нет.
Видимо, что-то отобразилось у меня на лице — князь нахмурился, помрачнел.
— Я пришел сделать вам выгодное предложение, госпожа Хайрес. Но теперь о нем поговорим позже, разбирайтесь с проблемой.
Отпустив меня и отойдя на приличное расстояние, он деактивировал щит.
— Эрика! — счастливо, с неподдельным облегчением завопила Ингалия. — Живая!
И бросилась мне на шею.
Под весом девушки я чуть не рухнула.
— Я в порядке, князь Эшван успел подхватить заклинанием.
— Боги милостивые! Я чуть не умерла от ужаса, когда ты сорвалась! — Ингалия едва не плакала.
Из гостиницы высыпались сотрудники. Даже господин Морил и мать девушки успели спуститься, и заговорили все вместе.
Ингалия оставила меня и бросилась к матери.
— Прости меня! Я не хотела тебя напугать, ничего дурного я не замышляла, поверь!
— Девочка моя, — мать Ингалии разрыдалась от облегчения.
От какофонии вопросов и причитаний заболели уши.
— Нудятина, — вдруг громко произнесла богиня. — Не люблю слезоразлив.
Естественно, ее услышала только я, но не подала виду.
Боковым зрением я видела черно-белую сущность, стоящую в трех шагах от регента.
— А добавлю-ка я огонька!
И Дис (уверена, что пакостить могла только она!) взмахнула рукой.
В Ингалию полетело сверкающее серебром, но невидимое для дисгарцев, заклинание.
— Ой… Ой! — воскликнула Ингалия.
И остервенело зачесала правую ладонь.
Белый знак на ее коже засиял. Радужно, как грани бриллиантов.
— Метка хаисы, — восторженно прошептала дама и гордо вскинула подбородок. — Моя дочь все же избранная!
Ну вот зачем… у девчонки почти все наладилось!
Будто вторя моим мыслям, неподалеку серебристо гаденько рассмеялась Дис.
