С трудом сделав очередной вдох, впился поцелуем в изгиб шеи Эрики.
Равнодушие вмиг слетело с девушки.
— Дин, нет!
Она ударила его по плечу один раз, второй, пока руки ее не перехватили стальные пальцы.
— Дин!
Эрика испугалась по-настоящему.
— Дин, прекрати!
Он ее не слышал, алчно целуя шею, плечи. Как умирающий от жажды путник, нашедший ручей, так и он не мог оторваться от нее.
— Дин…
Он не слышал ее.
В дверь постучали.
Некромант замер. С удивлением взглянул на алые пятна на белой коже, на блестящие от слез глаза.
Набросив на Эрику одеяло повыше, под самый подбородок, резко бросил:
— Войдите!
В комнату торопливо вошла тетя Намия. В руках ее заставленный тарелками поднос.
Это так странно — видеть аристократку с подносом…
Эрика цеплялась за эту мысль, лишь бы не вспоминать, что здесь произошло мгновение назад, и не думать о том, что чудом не произошло.
— Сударь Флардо, позвольте накормить племянницу.
Сударь?.. Так он аристократ, а говорил, что сын мясника.
Обманщик! Он все время ей лгал!
Эрика сжала зубы, чтобы не закричать, и отвернулась к окну, скрывая пламенеющее стыдом лицо.
Но от внимательного взгляда тети ничего не укрылось: ни сбившиеся подушки, ни взъерошенная красная Эрика, ни тяжело дышащий некромант.
— Сударыня Хайрес, почему вы здесь? Вам разрешили вернуться домой.
Лишь очень наблюдательный человек услышал бы в вежливом тоне Динаэрия недовольство.
— Я уже собрала вещи, сударь Флардо. Ближе к вечеру мы с детьми уедем.
— Вы собираетесь путешествовать ночью? — искренне удивился некромант.
— От покойного супруга мне досталась магкарета, на ней удобнее передвигаться по ночам, когда свободней дороги и нет пугливых коней.
— Ясно, а то я уже решил, что вы хотите взглянуть на казнь заговорщиков.
Эрика резко приподнялась на локте. Точнее, попыталась: голова закружилась, и тело охватила такая непривычная слабость, что она тотчас повалилась на подушки.
— Видите? Вы довели мою племянницу до истощения! — возмутилась Намия.
— Не кормили целых два дня!
— Я поддерживал ее силы магией.
— Магией? Вы и сами питаетесь магией? Тогда все ясно! — ехидно произнесла тетя и окинула худощавую фигуру некроманта понимающим взглядом.
Динаэрий не отреагировал на откровенный выпад в свою сторону. Он подошел к женщине и провел рукой над подносом с едой.
Намия побелела как снег.
— Что… что вы себе позволяете? — заикаясь, возмутилась она.
