Автор
В которой девушке вредно геройствовать, а кто-то в Кошельке может спасти жизнь. Взгляды на выбор между деньгами и безопасностью резко меняются, когда перед героиней ставится неожиданная трагическая ситуация. Атмосфера напряжения и решительности окунает в серию захватывающих событий в мире с легендарными драконами и опасным кошельком....
— Увы, Эрика, странные люди встречаются часто, один выбор мерзкого маскарадного костюма чего стоит. Весьма неприятная личность.
Я открыла рот и тотчас закрыла.
Говорить, что Флардо и есть некромант, нельзя. У полисмага возникнут закономерные вопросы, откуда я это знаю, а не прав ли мужчина, опознав во мне свою жену? И прочее, далее по цепочке. Мне есть, что скрывать, к сожалению. Самое невинное — я покидала Литан-Эрон по поддельным документам, и в империи драконов так и осталась под фамилией Намии — Хайрес.
В общем, для меня лучше молчать…
Но есть момент.
Очень серьезный, касающийся безопасности империи Шаадор.
Флардо — опасный некромант, приближенный короля Литан-Эрона, страны, с которой у империи сейчас вялотекущая война. Важный вопрос: что здесь делает Флардо да еще под чужой фамилией рядом с Мэйлассой, посторонней ему девушкой? И права ли я насчет ее отца? Кто-то выдает себя за барона Флардо? Или у меня разгулялась фантазия?
Высока вероятность, что я не придумала — догадку подтверждает приказный тон барона, он явно влиял на Флардо.
Нет. Это не барон. Кто-то прибыл в Шаадор под его именем, в его обличии, с его дочерью Мэйлассой.
Что же делать? Молчать, чтобы нечаянно не выдать свои тайны? Или подставиться и сообщить о Флардо и подозрительном бароне? Но не повредить ли это тогда и Мэйлассе? Девушка, как заложница в сложившейся ситуации.
М-да, дилемма.
— Да как вы смеете?! Уберите свои руки!
Вопли Айлы полосонули здоровенным кухонным тесаком по натянутым нервам, вмиг заставляя забыть о муках совести.
— Пустите меня, гвердовы тупицы!
Айлу удерживают?..
Я бросилась к входу в шатер.
Дорван уже был там и… ничего не делал. Потому что кузину, не удерживали, а выпихивали…
Моим щекам стало жарко от волны стыда, накрывшей меня с головой.
Не верю своим глазам… Айлу выталкивали из шатра, а она сопротивлялась, цепляясь за тяжелую ткань и руки невозмутимых мужчин. Кажется, теперь я в полной мере понимаю выражение «испанский стыд»
— Пусти, олух лохматый! — кричала Айла гневно.
Два тренированных здоровенных воина не могли справиться с одной мелкой девчонкой. Они боялись навредить, а вот Айла их не жалела: царапалась как кошка. Начнет кусаться — и я окончательно сгорю со стыда.
Ой, а что же я молчу? Надо прекращать этот фарс!
— Айла, ты что творишь?
Кузина отвлеклась, повернулась лицом ко мне.
