Автор
В разрушенной семье и под прицелом опасного мужчины, героиня чувствует себя свободно наконец. Но даже здесь Халид вернулся, обещая любовь, а в душе она знает – пропасть между ними большая. Они играют, но она не подчиняется, и каждый вздох становится тихим испытанием.
Имя брата выбивает последние капли самообладания. Я падаю в кресло, не в силах ни о чём думать и говорить. Просто выдохлась, рассыпалась и превратилась в труху.
Всё внутри бьется, пульсирует, болит. Мне кажется, что это я взорвалась в машине. Меня разнесло в щепки, обвило пламенем. Я горю и умираю каждое мгновение.
Просто другой причины, чтобы было настолько больно – нет. Больно, дико, очень. Я просто разрываюсь, я страдаю. Мне кажется, что если кто-то прикоснется – завою.
– Ада, - Арабина приближается, а я даже не могу достать нож.
– Я не понимаю. Я ничерта не понимаю! Тебе же… По возрасту не сходится!
– Я родила твоего отца ещё до восемнадцати, - женщина прикасается ко мне, а я даже не могу отдернуть руку. – В нашем роду у всех так было. Ты единственная, кто протянул так долго. Но это хорошо, да.
– Не смогли или не захотели?"
"Если поверить в бред, что Арабина была моей бабушкой… Невозможно! Но даже если… Если есть шанс, то Валерка был для неё чужим мальчиком, приемным внуком.
– Из-за тебя он умер! Из-за тебя он пошел на то дело со Зверем и остальными, пытался выжить…
– Посуди сама, Ада. На моём пороге появился незнакомый мальчик. Сколько ему там было, шестнадцать? Говорил о семье, просил денег и забрать сестренку из детдома.
Слушаю длинную речь женщины, не верю ни единому слову. Неужели так сложно найти ребенка? Поднять документы с её связями, сразу всё выяснить? Нет. Здесь точно не всё так просто.
– Нужны были мои связи в ФСБ? – спрашиваю резко, самое очевидное. Отшатываюсь от женщины, отступая. – Или что?
– Милая, мне ничего от тебя не нужно.
