Автор
В разрушенной семье и под прицелом опасного мужчины, героиня чувствует себя свободно наконец. Но даже здесь Халид вернулся, обещая любовь, а в душе она знает – пропасть между ними большая. Они играют, но она не подчиняется, и каждый вздох становится тихим испытанием.
Укатил тогда на пару дней, решал дела. А вернулся и вместо того, чтобы развлечься с Адой в постели – пришлось устраивать разборки.
Вся жизнь с Адой была вечными разборками. Либо с ней, либо с остальными. И не жаловался, позволял ей эти капризы. А она не смогла смириться с небольшим контролем.
Другой бы всё подошло, дом, еда, содержание, которые я бы давал, без проблем. А Ада крутила носом, гордую из себя строила. И тем самым сильнее заводила. Может, будь она такой же слабой со мной, как притворялась с Лукой, вышвырнул бы быстро.
Но Ада не умеет долго притворяться. Даже сейчас, пыталась быть смирной и покорной, идти у меня на поводу, чтобы не пострадал Ян, а при этом не может вовремя заткнуться. Использует дерзкий язычок не по назначению. Но это будет время исправить.
– Бурда, - делаю вывод, ставя перед девчонкой кружку с кофе. – На нормальный бабок не хватает?
– Не пью кофе.
Поднимается, отходит подальше. Колдует, бросая листья чая в кружку, стоит ко мне спиной. Будто зазывает снова подойти, повторить захват.
Я нигде спину открытой не оставляю, не поворачиваюсь и не доверяю. А ей будто плевать. Или это так своё желание показывает, которое озвучить не может?
– Камеры выключил? – улыбка суки на лице, облокачивается на кухонный стол, от чего грудь едва колышется. – Или у твоих людей бесплатное шоу?
– Откуда за камеры узнала?
– Догадалась. Ты ведь привык к контролю. И надеяться на свободу в собственном доме – глупо.
– Поселить в своем доме? Отличная идея, - вижу, как Ада дёргается, сжимаясь. Не играй с огнём, колючка, потому что я привык сразу сжигать дотла. – Не заслужила такого.
– Может тогда и твое общества не заслужила? Буду страдать и плакать. Можешь спокойно наказать меня подобным.
– Речь фильтруй. И думай, что и кому ты говоришь. Думаешь, мои люди не следят за Яном? Не знают, где он ночует и что с ним трёхлетний сын катается?
Девушка хмурится, крутя пальцами край волос.
– Прости, - произносит тихо, зло. – Больше грубости не будет.
Уверен, что сейчас солгала. Ада не из тех, кто будет молча терпеть, даже если очень надо.
