Автор
В разрушенной семье и под прицелом опасного мужчины, героиня чувствует себя свободно наконец. Но даже здесь Халид вернулся, обещая любовь, а в душе она знает – пропасть между ними большая. Они играют, но она не подчиняется, и каждый вздох становится тихим испытанием.
Как же я по нему соскучилась!
– Не спишь? – Халид заходит без стука в тот момент, когда я падаю лицом в подушку. – Отлично. Мы не договорили, Ада.
– А есть шанс, что мы можем поговорить утром? Я… Ладно, я хотела попросить об одной вещи. Можно?
– Озвучь сначала, - мужчина усаживается на кровать, придавливая мои щиколотки своей ладонью. – Слушаю.
– Ян долго будет в больнице и…
– Его навещать ты не будешь.
– Я не об этом. За… За ребёнком кто-то должен присмотреть, а тетя Катя сама не справится. Я не пытаюсь же сбежать, никуда не лечу.
Мужчина молчит, а я приподнимаюсь. Рассматриваю морщинку на его лбу, цепкий взгляд на меня в ответ. Я практически слышу то, о чём думает Халид в этот момент. Какую цену мне назначить за подобное.
Главное ведь не передавить, иначе я откажусь и он потеряет хоть какое-то желание. А загадать просто – тоже скучно, получить что-то банальное вместо более острого варианта.
Минет? Секс? Захочет поковыряться в моей душе? Каким образом Халид в этот раз будет разбирать меня на детальки? Так, чтобы даже дышать было страшно.
– Я хочу, - у него горячие пальцы, шершавые. И пахнут сигаретами, когда мужчина ведёт по линии подбородка. – Хм, помнишь, мы с тобой играли когда-то.
Да мы всё время играем, на грани. Пытаемся выжить, выстоять, обхитрить друг друга. Жизненно необходимо надавить первой, выиграть новый ивращенный раунд в том, кто сделает больнее.
– Играли? – с невестой своей играй, сукин сын. – Не помню.
Помню, конечно помню. Банальная игра. Факт – правда. Я угадывала какой-то факт о мужчине, а после могла задать вопрос Халиду. Вопрос лишь в том, насколько честным были его вопросы.
– Что ж. Значит, я напомню. Хочешь работать нянькой для чужого ребёнка – пожалуйста. Но перед этим мы с тобой сыграем.
Перед этим я тебя сломаю.
– Сейчас? – освобождаюсь от хватки Халида, садясь по-турецки. Но мужчина лишь придвигается ближе, укладывая ладонь на бедро. – Сейчас сыграем, чтобы я с утра поехала?
– Если так хочешь.
– Нет, не угадал. Тогда, вопрос же я задаю? – хмурюсь, потому что действительно не помню таких мелочей. Совсем не важные, скорее просто повод говорить с Халидом, смотреть на него. – Хал!
Возмущаюсь, когда мужчина резко тянет на себя, а после опрокидывает на спину. Лежу под ним, чувствуя колено, упирающееся между ног. Мужчина нависает, упираясь ладонями по бокам от моей головы.
– Не вздумай лгать.
