Автор
Халид оказался в непростой ситуации – его планы были нарушены, заставляя reconsiderate собственные решения. Внутренний конфликт усиливается, когда он осознает, что не может продолжать игнорировать опасность, которая теперь существует между ними. Мужчины ищут способ выйти из затянувшейся борьбы, но каждый шаг увеличивает риск, который они готовы принять....
Тихо, но не скрываясь. Запускает мурашки вдоль позвонков. – Ты, оказывается, любишь мозги выносить не меньше других.
– Я не… Много на себя берёшь, Халид.
– Да нет, раздражающая сцена ревности от жены. Только ты мне не жена, Ада.
– Не жена.
Подтверждаю его слова, хотя мне очень хочется завалить вопросами. Превращаюсь в любую девушку, которая не понимает, что происходит в её отношениях.
Кто я тебе Халид? Что ты от меня ждёшь? Что я жду от тебя?
– А значит твоя ревность, - беспочвенна, я знаю. – Не раздражает, а заводит.
– Рада за неё.
– Не видно. Потому что мне приходится представляет её как обычную девку здесь, потому что кто-то не хочет внимания.
– Я не твоя невеста! Ты на солнце перегрелся или виски перепил?
– За словами, Ада, следи. Не невеста, да. Но я так тебя представил Яну, а после пошли слухи. Не беспокойся, ни одна ревнующая фурия не кинется к тебе.
– Мне всё равно, Халид.
– Я лучше наоборот поступлю. Не буду трогать кого угодно, но буду с тобой."
"Халид манипулятор, подлец. Не будь он таким, никогда бы не получил свою должность. Так близко к Церберу, как архангел Михаил к Богу. И для этого нужно было постараться. Ему нельзя верить, не реагировать на сладкую ложь. Очередной заход от мужчины с новым способ моего подкупа.
Но я сама откидываюсь на широкую грудь, когда ладонь задевает мою грудь. Халид просто ведёт рукой, не сжимая и не давя.
– Зачем мне носить такие платья, если всё равно ты меня раздеваешь где попало?
– Потому что смотрят на тебя все, а раздеваю только я. И разве тебя не пробирает искушением? Когда я делаю так, - поднимает ткань платья, скатывая его на бёдрах. Сантиметр за сантиметр. – Что ещё немного и я коснусь тебя. И ты ждёшь и сгораешь.
Халид слишком многословен для себя.
У меня все мышцы напрягаются, скованные предвкушением. Тем самым моментом, о котором говорил мужчина. Как его пальцы, наконец, задевают голую кожу ног. Подхватывают край платья, задирая к талии.
– Где твоё бельё, Ада? – спрашивает обманчиво спокойным голосом.
