Автор
Халид оказался в непростой ситуации – его планы были нарушены, заставляя reconsiderate собственные решения. Внутренний конфликт усиливается, когда он осознает, что не может продолжать игнорировать опасность, которая теперь существует между ними. Мужчины ищут способ выйти из затянувшейся борьбы, но каждый шаг увеличивает риск, который они готовы принять....
Цепляюсь пальцами в мужскую ладонь, верчусь, стараясь усидеть в моём укрытии. Просто не высовываться, пока не станет тихо. Не шуметь, не привлекать внимания. И сбежать при первой возможности.
Я хотела жить и для этого надо было лишь немного подождать.
А теперь меня вытаскивают из шкафа, бросают на пол. Вижу блестящее дуло пистолета, чувствую его холод. Мужчина, молодой парень, смотрит на меня уверенно. Ни капли жалости, когда его палец дёргается на курке.
Выстрел.
– Ада! Тихо, всё хорошо, - лицо Халида расплывается, чувствую лишь жар его кожи.
– Нет. Нет.
Горло дерёт с невероятной силой. Кажется, я кричала. Отодвигаюсь на край кровати, стараясь осмотреть обстановку. Широкое окно, покачивающуюся от ветра тюль. Слабый блеск огней города вдали.
Дышу, пока лёгкие не начинают работать нормально. Скидываю руку мужчины, мотаю головой. Мне кажется, что я снова в том пыльном шкафу. Зажимаю ладонями лицо, не разрешаю себе расплакаться. И никакого выхода, спасения.
Я пережила ту адскую ночь, когда Цербер убил мою приемную семью. Пережила пятилетний ад в детдоме. А теперь будто всё обнулилось, никакого прогресса не было.
– Ада.
– Не надо трогать. Просто… Минуту, Хал. Пожалуйста.
Мужчина кивает, не трогая меня. Глаза привыкают к темноте, а слёзы высыхают. Могу рассмотреть его напряженное лицо с каплей… беспокойства? Или злости, что разбудила среди ночи.
– Иди ко мне.
Даёт мне выбор, и я прижимаюсь к мужчине. Почему-то сейчас, под покровом ночи, я могу позволить себе быть слабой.
Из-за воспоминаний, повторяющихся событий.
Тогда тот парень не доставал пистолет, не трогал меня. Я… Помню его крик, что всё чисто, торопливые шаги. И просидела там несколько часов, пока не смогла выбраться.
Кто-то из людей Цербера предал его.
Спас меня.
Всё хорошо.
– Всё хорошо, - Халид озвучивает мои мысли, ведёт пальцами по затылку, перебирает волосы. Я нахожу укрытие на его груди, покрытой паутиной шрамов, и медленно успокаиваюсь.
– Дом.
– И почему тебя так это напугало?
– Потому что его больше нет.
Качаю головой, сильнее вдыхаю запах Халида. Жесткий, мужской, дурманящий. Говорю слишком много о личном.
– Тебя никто не тронет, ты со мной, поняла? Под моей защитой, Ада. Кого бы ты не боялась, они проиграют мне.
Ага. Только ты проиграешь Церберу, Хал. Сам меня отдашь, если всплывёт чья я дочь.
