Автор
Халид оказался в непростой ситуации – его планы были нарушены, заставляя reconsiderate собственные решения. Внутренний конфликт усиливается, когда он осознает, что не может продолжать игнорировать опасность, которая теперь существует между ними. Мужчины ищут способ выйти из затянувшейся борьбы, но каждый шаг увеличивает риск, который они готовы принять....
Ада
Не представляю, что мужчина слышит в моём голосе, но он останавливается. В момент, будто по тормозам шибанули. Только смотрит внимательно, выискивая причины, что со мной не так.
– Тебе больно? Плохо?
– Мне больно и плохо от того что ты в моей жизни.
Тянусь к волосам и едва не всхлипываю. Так бывает в жизни, когда тебя не может ничего сломить, только закаляет. И Халид со своим похищением, и контролем, и заботой, которой не должно быть, которая скручивает. Всё это я вынесла. А вот маленькая капля и именно она прорывает плотину.
Злости, растерянности, готовности плакать.
Касаюсь слипшихся прядей, пачкаю пальцы в смоле дерева. Которая теперь прочно в моих волосах. Пробую сделать шаг вперёд, но становится больно. Рычу и думаю, что сейчас просто вырву клок, а потом убью Халида. Столько людей не смогло, а я точно сверну ему шею.
– Ада, не двигайся.
Вздыхает, будто я каждый день устраиваю ему истерики. Только я самая спокойная девушка, которая могла достаться Халиду. Ни одной истерики, никакой ревности, ничего.
Но вместо того, чтобы попробовать новый план, я застываю на месте. Позволяю Халиду прикоснуться к моим волосам, надавить на край плеча, удерживая.
Мужчина матерится. Я не понимаю его слов, но прекрасно считываю интонацию. Его пальцы гладят по голове, пока он сам возится с неприятностью.
– Это ты во всём виноват! – заявляю, кусаю губы. – Ты хоть представляешь, сколько я свои волосы восстанавливала? А теперь всё, им крышка.
– Сейчас крышка будет тебе, если не успокоишься."
"Халид мужчина, ему не понять, как иногда бывает важна прическа, длина волос, их состояние. Как мои волосы напоминали солому, когда я покидала стены детдома. Только с тоской вспоминала блестящие кудряшки в детстве, какие они были хорошенькие. Не как у барашки, хотя мне так больше нравилось, но небрежные волны, будто бигуди сняли чуть раньше.
И я угробила кучу денег на то, чтобы вернуть им хорошее состояние.
А теперь, видимо, их придётся обрезать.
И это не просто капля в чашу моего терпения, это будто ведро воды заливают в стопку. И всё переливается слезами из глаз. Я просто устала, так смертельно устала.
А впереди у меня ещё одна борьба. Сама главная, которой даже не должно было быть. Просто я дура, а Халид придурок. И дело уже даже не в Цербере.
