Автор
Халид оказался в непростой ситуации – его планы были нарушены, заставляя reconsiderate собственные решения. Внутренний конфликт усиливается, когда он осознает, что не может продолжать игнорировать опасность, которая теперь существует между ними. Мужчины ищут способ выйти из затянувшейся борьбы, но каждый шаг увеличивает риск, который они готовы принять....
Кому бабки…
– Я помню, кто платит, тот и свои законы устанавливает.
– Молодец, что поняла. Не люблю тупых. А особенно тех, кто под тупых косит, - словно насквозь меня видит. Каждый шаг предугадывает. – А теперь обсудим на каких условиях я трахну тебя этой ночью.
Глава 8. Халид
Мне нравится, как ведёт себя эта девчонка. Наглая, упрямая. Я любил сталкиваться с такими в бизнесе. А ломать любил ещё больше. Но Ада не конкурент, а будущая любовница.
Если перестанет дуру играть.
– А теперь обсудим на каких условиях я трахну тебя этой ночью.
– Этой?
Хлопает ресницами длинными, натуральными. Ничего сделанного нет, может грудь только. Не разобрал ещё, повторить нужно. Тут же ладонью накрываю, проверяя. У меня полно другой херни, о которой думать нужно, а не о сиськах левой девки.
– Ты чего творишь?
Ада взвинчивается и делает то, что ни одной живой душе не позволяю. Руку на меня поднимает. Бьёт по ладони, как зарвавшегося пацана.
– Другому я бы руку сломал, Ада. Мозги включай, если хочешь со взрослыми играть.
– Я же просто…
– Не просто. Запоминай, как прописную истину. Никаких истерик, скандалов, вопросов. Я баб не бью, но найду способ преподать урок. Поняла?
В доказательство своих слов оставляю сильный шлепок на заднице. Упругой, крепкой. В такую охрененно вколачиваться будет после ночных разборок.
– Больно.
– Зато доходчиво. На насилие я отвечаю насилием с двойной силой. Уяснила?
– Не говори: «как он поступил со мною, так и я поступлю с ним, воздам человеку по делам его».
– Чего, блять?
– Притчи Соломона. Двадцать четвертая глава, двадцать девятый стих. В общем, не мсти.
– Я живу по другим притчам. И лучше тебе их запоминать.
Ада напоминает прибившегося щенка. Явно суку, куда уж там кобелю. Смотрит злобно, из-подо лба, едва губы поджимая. Которыми по члену неплохо так проходила.
Девка впивается зубами в губу, но не перечит, когда к груди вновь тянусь. Сжимаю, пока крик не вырвется. Тонкий, тихий, не громче дыхания. Не орет, как резанная, глаза не закатывает. Чуть научится и не жалко будет бабки платить, чтобы по щелчку на колени опускалась.
Проверяю, как урок усвоила.
