Автор
В темном коконе Спартана-Б292 металлическая обшивка покорёжилась, словно ветер пробирается сквозь провалы щитов. Отчетливый привкус крови и дрожащий мир внутри модуля заставили Тома прищурились от яркого солнечного света. Что-то не так, что-то нарушается...
Он так скучал по ним всем.
Химио-терапевтический настойник зашипел. Фиалы начали вворачиваться на свои места, микромеханические насосы надавили, и хранящиеся внутри пузырьков цветные жидкости начали просачиваться в капельницы.
Началось. Невольно Курт вспомнил, как он сам проходил через процедуры улучшения своего тела. Лихорадка, боль — тогда он чувствовал себя так, словно все кости в его теле были переломаны. Так, словно кто-то пустил по его венам напалм.
Холли шевельнулась. Биомониторы показали резкий скачок её кровяного давления и температуры.
Курт в последний раз похлопал Холли по руке, а затем подошёл к настойнику и приподнял его боковую панель. Внутри были десятки флаконов. Он прищурился, читая выгравированные на них серийные номера. Первым ему на глаза попался фиал с надписью ""8942-LQ99"". Это был катализатор карбиокерамической оссификации, которая должна была значительно повысить прочность скелета.
"Ещё тут была бутыль ""88005-MX77"", фиброфоидный протеиновый комплекс, увеличивающий плотность мышц. ""88947-OP24"" представлял собой стабилизатор инверсии сетчатки глаза, способный увеличить возможность восприятия цветов и дать возможность ночного зрения.
""87556-UD61"" был улучшенным вариантом коллоидного нейронного разъединителя, направленного на уменьшение времени реакции.
Здесь было и много других флаконов: ослабители шока, анальгетики, противовоспалительные средства, антикоагулянты и водородные растворы.
Но Курта интересовали три конкретных пузырька, с отличными серийными номерами — 009927-DG, 009127-PX, и 009762-00 — которые не соответствовали любой другой стандартной медицинской кодировке.
Они тоже были там, пузырящиеся по мере того, как их содержимое сливалось и смешивалось с точностью до пиколитра.
Его слуха достиг шум приближающихся шагов. Курт опустил панель настойника и отступил назад к койке Холли.
Послышался шелест пластиковых штор и в палату вошёл медицинский техник в синем лабораторном халате.
— Вам помочь, сэр? — спросил он. — Я могу что-нибудь для вас сделать?
— Всё в порядке — соврал Курт. Он прошёл мимо техника. — Я как раз ухожу.
ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
20 февраля 2551 года, 02:10 (по военному календарю) \ На борту ККОН ""Обнадёживающая"", межзвёздное пространство, сектор К-009.
---
Курт в одиночестве сидел в атриуме, просматривая прогресс своих курсантов.
