В тихой ночи улицы замолкают, и лишь музыка отвлекает - гул вдачей, нарастая в силу. Три неопрятные дамы в развязанных костюмах притворяются путанами, призывая кайф. Но вам это не понравится. Вы бегаете по улицам, избегая их внимания и панически прячаесь назад. А та самая музыка – гул в подворотне – зовет вас нарушить покой города....
Один из предыдущих Стражей создал сеть из храмов, как убежищ от низких вибраций, используя в их возведении артефактные закладки. Но я не пошел его путём, мне хорошо именно здесь. Может быть, эта привязанность как-то связана с моим прошлым? Кто знает.
– А где Ёж?.. – встречает нас Анвар.
– Я думаю ты уже просмотрел вероятности, – падаю на свой диван. – Ежа больше нет. Он умер первый, как самый ослабленный.
Радиация подтачивала его все время, мы едва успевали лечить.
Даша садится в кресло, поджав под себя ноги.
Нет… Пусть у неё будет кто-то близкий.
Беру пальцами из коробочки иглу с красным флажком. Втыкаю в настольный макет города. На берег Карповки. Частота в том районе еще долго будет проседать. А значит, он требует отдельного контроля.
Но о чем я вообще сейчас?
С раздражением отталкиваю коробочку, иглы просыпаются на залив.
– Что произошло, шеф? – Пикс.
– На меня было организовано покушение.
– Как это возможно?..
– Очень просто, как оказалось. Засунь в девчонку нужный артефакт и всё! А нет, не всё… Нужно еще просчитать вероятность. Вероятность, Пикс…
– Вероятность чего?
– Что я влюблюсь… В кого я влюблюсь…
– Но сидх нельзя повторить, – переводит Пикс взгляд на Анвара.
– Да. Нельзя. Меня предали… – тоже перевожу многозначительный взгляд на Анвара. – Какова вероятность, что это сделал ты, Анвар? Чем тебя купили?
Он покорно опускает взгляд.
– Серебряником. Я не мог противостоять, Ваша Светлость.
Достаю из кармана ту самую монету. Раскручиваю её на поверхности залива.
Так она работает?..
– Этим?
– Да.
– Допустим. Но предал ты меня не в этот момент, Анвар. А в тот момент, когда умолчал о том, что на тебя оказали давление.
– Вы беспощадны, Ваша Светлость. Я испугался приговора. И счел, что влюблённость – это не то, что может стать ахиллесовой пятой. На Вас же Абстинет… Вы защищены.
– Абстинет… был… да.
– Я буду развоплощен?
– Сделай так, как велит тебе кодекс чести.
В его родном измерении честь выше жизни. Но долг выше чести.
– Реши эту этическую задачу сам. Мне сегодня не до тебя.
У меня другая этическая задача!
Короче… решение есть только одно.
Нажав скрытую кнопку, переворачиваю столешницу, отправляя Питер вниз. Передо мной теперь нечто похожее на синтезатор.
