Нужно сделать этот шаг... Один. Вздохнуть глубже, отбросить панику и безысходность — ведь я приняла решение. Я не смогу заработать столько денег даже если клиенты будут платить за каждое съеденное блюдо в кафе, не громко хлопать посудой или не бросать куски на пол. Теперь никто не будет жалеть о мое ремесло и пытаться мне помочь. Смерть родителей лишает меня крыльев, которыми раньше я могла летать над городом....
Я боялась даже представить, о чем они могли говорить, если речь касалась меня, вздрогнув, когда пожилой мужчина вдруг заговорил на понятном мне языке:
— Мисс Алия. Не переживайте, все пройдет быстро и не доставит вам неприятных ощущений. Доктор Сабиха самый лучший специалист не только в моей клинике, но и в городе.
«Все пройдет быстро и не доставит вам неприятных ощущений» — если бы это можно было сказать и в отношении моего долга Хану, который, вероятней всего, нужно будет отдавать в самое ближайшее время, как только он убедится, что я не больна ничем, угрожающим его драгоценному здоровью.
Скоро меня проводили в кабинет к врачу, которая оказалось миловидной женщиной средних лет, опять же восточной внешности. Она тепло улыбалась и разговаривала со мной очень вежливо и мило, даже не смотря на то, что видела в коридоре Хана и, наверняка догадывалась, кто я такая и для каких целей меня сюда привезли.
После 20 позорных минут обследований, врач Сабиха с улыбкой отпустила меня из кабинета, мягко пожав руку и сказав, что рада была познакомиться. На секунду даже показалось, что женщина говорила это абсолютно искренне, и, наверное, я бы даже поверила, если бы за дверью кабинета не стоял Хан, полыхнув своим черным взглядом.
Мистер чертово Совершенство о чем-то приглушенно разговаривал с врачом, пока я сидела на диване, выпрямив спину так, что заныла поясница и сцепив руки на сведенных коленях.
Ненавижу его! Просто ненавижу! За этот идеальный вид! За его пронзительные глаза, взгляд которых мог пробираться под кожу, будоража кровь! Ненавижу за его аромат, который сводил с ума!
Ненавижу себя, за то, что позволяю делать с собой все это! Ненавижу за то, что боюсь его так сильно, что не могу воспротивиться! Ненавижу за то, что все-равно пялюсь на него, не в силах оторвать взгляда, когда Хан отчего-то заулыбался так очаровательно и сладко, показывая свои невероятные ямочки на щеках в ответ на какие-то слова врача.
Я отшатнулась от него, отодвигаясь назад на диване, когда, попрощавшись с доктором, Хан размеренно прошагал до меня, полыхая своими глазами, в которых снова словно разлилась медовая пряная лава, томно улыбнувшись, чуть выгибая черную резкую бровь и присаживаясь у моих ног на корточки:
— Не смотри так пристально — влюбишься без памяти, мавиш.
