В Хароне нет времени или места — лишь бесконечные вода и теневые мертвецы, которые продолжают жить после смерти, цепляясь за остатки человеческого разума. Здесь действуют законы неопределённости как у Шредингера, где каждый миг может перевернуть реальность: ты можешь встретить живых или бездыханных в обалденных масках жизни и смерти....
К пяти утра течение нас уже поднесло к дебаркадеру Министерства обороны Вот во всех книгах написано про «собачью вахту» что она самая сложная. Но в книгах не написано, что и проверяют эту вахту чаще всего, и сами стоящие на вахте читают беллетристику и ждут подлянки именно к концу вахты. А вот следующая вахта — совершенно спокойная. Первые полчаса на ней еще бдят, а вот следующий час, на вахте спят гораздо чаще, чем на пресловутой «собаке». Дальше начинает просыпаться экипаж корабля, кок начинает бегать по палубе, словом, дальше уже не до сна.
Вот мы и пришли в райское время. Как и ожидал, заметил в ночной прицел из тира Хельсинки, часового присевшего на верхней палубе дебаркадера. Над фальшбортом только плечи и голова видны. Но нам больше и не надо.
Вытянул из рюкзака длинный, плоский, черный чемоданчик, с выдавленной на крышке надписью «SAFE». В этот момент я сам себе напоминал «полковника Морана» из фильма про Шерлока Холмса.
Наконец, длинный цилиндрик с иглой и ярко красными перьями хвоста вставлен в казенник длинноствольной пневматики, оптический прицел в утреннем сумраке приблизил полоску кожи шеи между воротником и шевелюрой — короткое «пшик» и клиент, дернувшись, попытался смахнуть кусачее насекомое, но так до него не дотянулся.
«Раз», сказал сам себе, доставая второй дротик из восьми имеющихся и снимая колпачок с иглы. Этот комплект достался нам вместе со спасательным снаряжением. Я позарился на чемоданчик, думая, что это обычная пневматическая винтовка с баллончиками. А оказалось — устройство для стрельбы транквилизаторами и прочими снотворными. Спасателям частенько приходится иметь дело с неадекватными животными.
Пробравшись мимо дебаркадера, перебирая руками причал, высунулись под кормой Миража. Тихо. Опять осмотр береговой линии. В глубине берега есть две тепловые отметки, судя по всему, двое стоят и курят, тепловой след именно такой.
