В Хароне нет времени или места — лишь бесконечные вода и теневые мертвецы, которые продолжают жить после смерти, цепляясь за остатки человеческого разума. Здесь действуют законы неопределённости как у Шредингера, где каждый миг может перевернуть реальность: ты можешь встретить живых или бездыханных в обалденных масках жизни и смерти....
Между летящими облаками проглядывало солнце, волна шлепала в корпуса, генуя изредка похлопывала. Лепота. Под разговоры «стачал» шкафчик управления башней в углу нашего предбанника. Пока в нем только «блок питания» будет, а дальше надеюсь найти специалиста оружейника для консультаций, чего еще нам недостает.
Подчищали недоделки после нескольких дней ударной работы, Катюха предложила «почистить пушку», что навело меня на мысль о забытых на катере средствах ухода за орудием. У нас даже банального банника нет.
К вечеру ветер подутих и вместо расчетных двадцати часов в бухту вошли в начале одиннадцатого. За час до подхода начали выкликивать на шестнадцатом канале всяческих «Лебедей». Никто не откликался. У меня даже закралась мысль, что рация не работает, но потом вспомнил, что в Хельсинки пару раз слышались финские переговоры. Вот так и дошли до бухты острова козлов, никем не званные.
Сумрак уже не позволял рассмотреть берег в подробностях и «Катана» бросила якоря на виду пограничного катера. Бело-синий, аккуратненький, пограничный «Мангуст», с зачехленной МТПУ на корме, создавал сильный диссонанс видов с полуразвалившимся пирсом, из которого в разные стороны торчали полусгнившие бревна. Я к такому причалу в темноте подходить не буду!
В очередной раз зажал тангенту рации.
— Катана, в бухте Козлиного, вызывает Лебедя….
Послушал шуршание эфира, повесил микрофон на зажимы. Дела-то плохи. Для очистки совести использовал, наконец, ракетницу по прямому назначению — запустив в сгущающуюся темноту красную звездочку сигнала. Постояли с Катюхой на носовой сетке, вслушиваясь в плеск воды по камням берега. Еще шумели деревья под ветром. А вот обычного тут мата погранцов слышно не было. И катер их тут стоит вместе с тузиком на корме — никуда они уплыть не могли. Не нравится мне все это.
Включил аппаратуру, дождался прояснения экрана, начал водить прицелом по берегу, пользуясь механикой — у меня так точнее позиционировать выходит, хоть и медленнее.
