Автор
Мо Жань — простой дворовой пес, которому предстоит учиться у белого кота Чу Ваньнина. Несмотря на извечную вражду между собаками и кошками, герою придется преодолеть предубеждения и принять необычного учителя. История о том, как различия могут стать путем к дружбе и взаимопониманию.
Раздел Chitat.online для книги «Хаски и его учитель белый кот. Том 1» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Мо Жань — простой дворовой пес, которому предстоит учиться у белого кота Чу Ваньнина. Несмотря на извечную вражду между собаками и кошками, герою придется преодолеть предубеждения и принять необычного учителя. История о том, как различия могут стать путем к дружбе и взаимопониманию.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Мо Жань — простой дворовой пес, которому предстоит учиться у белого кота Чу Ваньнина. Несмотря на извечную вражду между собаками и кошками, герою придется преодолеть предубеждения и принять необычного учителя. История о том, как различия могут стать путем к дружбе и взаимопониманию.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Хаски и его учитель белый кот. Том 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Мизофобия Чу Ваньнина вспыхнула с новой силой. Стоило ему увидеть, что хозяин Чэнь собирается прикоснуться к нему, вскрикнув от отвращения, он, не задумываясь, взмахнул ивовой лозой:
— Не трогай меня!
— А-а-а! — Тяньвэнь ударила по тыльной стороне руки, и хотя в удар не была вложена духовная энергия, Чэнь взвыл от боли и закричал. — Неслыханно! Заклинатель с Пика Сышэн ударил простого человека!
— Ты!.."
"Когда, поддерживая двух раненых, Мо Жань вошел в дом семейства Чэнь, перед его глазами предстало странное зрелище: глава уважаемого семейства стоял на коленях и, указывая дрожащим пальцем на Чу Ваньнина, орал:
— Какой другой орден способен на подобную низость? Ваш Пик Сышэн взял плату вперед, но вы не только не защитили заказчика, но и напали на него! Это так... так... бесстыдно! Я всем расскажу! Я объявлю об этом всему миру! Я сделаю все, чтобы люди узнали правду о вашем бесчестном ордене и о том, как вы относитесь к клиентам! Я уничтожу репутацию вашего Пика Сышэн и позабочусь о том, чтобы вам больше никогда и никто не заплатил ни медяка!
— Ну и что с того, что у вас есть деньги? — сердито ответил Чу Ваньнин. — Из-за того, что вы богаты, вам дозволено переворачивать все с ног на голову, называть черное белым и расплачиваться за добро жестокостью? Золото позволяет вам делать все, что пожелаете, нарушая собственные обещания?
Младший сын семьи Чэнь робко вмешался:
— Но мы ведь не убивали Ло Сяньсянь. Мы просто немного побили ее и выгнали из нашего дома. Эта женщина сама не захотела жить, и не наша вина, что она не искала укрытия в снегопад. Как вы можете обвинять нас в этом? Мы никого не убивали. И вы не можете необоснованно клеветать на нас только потому, что вы всемогущий бессмертный.
В его словах было скрыто особое коварство. На деле семья Чэнь не нарушила никаких законов и даже если бы Чу Ваньнин притащил их в суд, самое большое, в чем их можно было упрекнуть, это бессердечие и непорядочность, и вряд ли кто-то из них понес бы наказание.
— Я не убийца, даже если человек умер из-за меня. А вы, и правда, хорошо подготовились, чтобы выйти сухими из воды.
Рука Чу Ваньнина, сжимающая ивовую лозу, дрожала от гнева.
Глава дома Чэнь, тот еще старый хорек, уже отошел от первого испуга. Конечно, он все еще боялся, что Чу Ваньнин бросит их на произвол судьбы, так и не избавив от призрака, но, если посмотреть с другой стороны, этот безумный заклинатель все же был послан Пиком Сышэн, самой большой духовной школой Нижнего Царства. Если они уже взяли предоплату, значит, ради сохранения репутации ордена, их представитель обязан закончить свою работу. Стоило ему осознать это, и страх ушел.
