Чучела позволяли создать видимость присутствия людей, давая жителям время на эвакуацию в место защищенное положительной духовной энергией.
Однако эти приготовления только увеличили груз на сердце Мо Жаня и Чу Ваньнина.
Князь Чу Сюнь так хорошо все продумал, так почему его план провалился?
С этими тревожными мыслями они вернулись в резиденцию префекта. К этому времени небо уже зловеще потемнело. Многие из тех, кто жил в отдаленных районах, не хотели возвращаться вечером домой. Прихватив постельные принадлежности, они со всеми слугами и домочадцами пришли под защиту барьера. Молодой князь на ночь не запирал двери своего дома, только одетая в белое стража регистрировала пришедших и патрулировала границы защищенного магией периметра.
К тому времени, как Мо Жань и Чу Ваньнин прибыли на ночлег, в особняке уже не осталось свободных комнат, и даже двор был занят. В каждом помещении находилось по три или четыре семьи. Людей было так много, что яблоку негде упасть.
Не найдя для себя места в доме, они решили устроиться на ночлег на крыше галереи. Конечно, для них не нашлось ни кровати, ни циновки, поэтому Мо Жань попросил у охранника немного соломы. Устроив ложе на крыше, он, подхватив Чу Ваньнина на руки, аккуратно поднял его наверх.
— К сожалению, тебе придется сегодня спать тут.
— Здесь очень хорошо, — ответил Чу Ваньнин, устраиваясь на соломе.
— В самом деле? — Мо Жань рассмеялся, и тоже поднялся на крышу. — Я тоже так думаю.
Он растянулся во весь рост, закинул руку за голову и посмотрел на деревянную крышу соседнего здания.
— Младший брат, а созданная птицами иллюзия действительно хороша. Хотя в основе этого сна лежат лишь воспоминания выживших, мир восстановлен с таким мастерством, что можно в деталях разглядеть даже трещины на дереве арочных пролетов.
— В конце концов, юйминь наполовину боги. Хотя их духовная сила несравнима с магией истинного бога, они могут создавать вещи, недоступные смертным.
— И то верно, — Мо Жань подмигнул ему, перевернулся и, схватив охапку сена, посыпал им свою голову. — Я не хочу спать.
Чу Ваньнин насмешливо взглянул на него и в шутку спросил:
— Хочешь, чтобы я рассказал тебе сказку?
Он не предполагал, что этот толстокожий Мо Жань рассмеется и заявит:
— Хорошо, просто отлично! Младший брат, расскажи мне сказку о Дун Юне и Седьмой фее[3].
[3]《天仙配》одна из интерпретаций легенды о «Пастухе и Ткачихе» — сказка о любви простого смертного и дочери Небесного императора. Чтобы вылечить своего слепого отца, пастух соблазнил небожительницу, позднее, хотя они поженились в мире людей, царственный отец забрал ее на небеса.
Чу Ваньнин не ожидал, что Мо Жань воспримет его шутку всерьез.