Сюэ Чжэнъюн обеспокоенно продолжил:
— На самом деле мне все равно, займут ли они какие-то места в этом соревновании или нет. Особенно Мо Жань... У него было трудное детство, что неизбежно отразилось на его характере. Может, он излишне упрям и недостаточно послушен, но, надеюсь, ты не испытываешь неприязни к нему за то, что он вырос в доме развлечений. Он ведь все, что осталось мне в этом мире от моего старшего брата. Я не могу перестать чувствовать вину за то, что не был рядом с ним все эти годы, так что...
Чу Ваньнин прервал его:
— Глава ордена ошибается. Я не смотрю на него свысока. Если бы меня заботило его происхождение, я бы не принял его в ученики.
Он говорил прямо и уверенно, так что Сюэ Чжэнъюн облегченно выдохнул:
— Тогда ладно. Это хорошо.
Чу Ваньнин снова перевел взгляд на бурлящую под мостом реку и больше ничего не сказал. К сожалению, разговор между ними и это признание Чу Ваньнина, как и в прошлой жизни, были поглощены звуком бегущей воды.
К сожалению, то, что он не испытывал неприязни к Мо Жаню и не смотрел на него свысока, никогда не было услышано тем самым третьим человеком.
Три месяца наказания старейшины Юйхэна пролетели незаметно.
В тот день Чу Ваньнин позвал трех своих учеников в Павильон Алого Лотоса и сказал:
— Поскольку ваши духовные ядра стабилизировались, я призвал вас сегодня, чтобы сообщить, что мы отправляемся на пик Сюйин, где вы сможете попытаться призвать свое собственное оружие.
Глаза Сюэ Мэна и Ши Мэя расширились. На их лицах отразилось радостное предвкушение на грани дикого восторга.
Горный пик Сюйин[33.2] был священной горой высотой в тысячи метров, расположенной в Верхнем Царстве посреди крутых скал и бездонных ущелий. Согласно легенде, эта гора Сюйин была местом, где выковал свой меч оружейный бог Гоучэнь Шангун, который некогда заведовал северной и южной частью небесной сферы и управлял всем холодным оружием в мире.
Во время небесной войны, чтобы избавить мир от демонов, Гоучэнь Шангун выковал «изначальный меч». Используя горы как сырье, моря — как плавильный бассейн, а собственную небесную кровь — как огонь для горна, он выковал непревзойденное оружие, придав ему конечную форму и невероятную мощь. Этот меч пронзил небо и земную твердь, расколов весь мир на куски и заставив реки течь в обратном направлении.
Двумя ударами этого меча Небесный Император подавил демоническую расу, загнав ее под землю навеки. Эти два удара рассекли мир людей, оставив на теле земли две глубокие незаживающие раны. После войны небеса рыдали, призраки выли по ночам, стихийные бедствия, потопы и мор косили людей.