— Молодой господин, ты еще не стал хозяином школы, так почему я должен знать о тебе?
— Ты… ты… ты как смеешь так говорить?!
— Перестань задаваться и иди тренируйся с мечом, — сказав это, Чу Ваньнин опустил свои длинные ресницы и поднес лист к губам. Нежная медленная мелодия свободно полилась над бамбуковой рощей, то взлетая, то падая вместе с ветром.
Любимец Небес был в ярости. Издав гневный крик, он бросился по направлению к спокойно музицировавшему ребенку. Но, как бы ни злился Сюэ Мэн, бить детей было против его принципов, поэтому под безмятежную мелодию он мог только безжалостно рубить верхушки бамбуковых стеблей.
Его клинок был быстрым и яростным, несколько вспышек — и десятки бамбуковых стволов были срезаны. Острые щепки полетели в разные стороны. Против врага они стали бы смертельно опасным дождем из сотен тонко заточенных лезвий. Более чем достаточно, чтобы преподать урок маленькому наглецу.
И все эти щепки теперь летели прямо на голову Чу Ваньнина. В последний момент Сюэ Мэн спрыгнул с верхушек бамбука, чтобы убрать этого нахального ученика с линии удара.
На самом деле он не планировал причинять вред ребенку, просто хотел немного напугать его. Неожиданно, когда он летел вниз, ребенок перестал играть и щелкнул по листу, зажатому между его пальцами. Нежный бамбуковый лист в мгновение ока превратился в сотни тонких нитей, которые устремились к падающим щепкам.
Казалось, даже ветер затаил дыхание.
Чу Ваньнин поднялся с камня. Перед ним сотни бамбуковых щепок, столкнувшись с бамбуковыми нитями, превратились в пыль и исчезли... Прах к праху!
Сюэ Мэн застыл в шоке. Его лицо сначала стало бледным, а потом вспыхнуло красным. Слова застряли в горле.
Маленький ребенок перед ним, невинно хлопая ресницами, испытующе посмотрел на него. Его серебристо-синяя униформа затрепетала от порыва ветра. Он улыбнулся Сюэ Мэну и сказал:
— Повторишь?
Сюэ Мэн: — ...
— Твои удары сильны, но беспорядочны. Действуешь слишком импульсивно.
Сюэ Мэн открыл рот, затем закрыл его.
Чу Ваньнин продолжил:
— Вернись к Форме Воробья. На этот раз двигайся и переходи из позиции в позицию в такт с моей мелодией.
Слушая, как его поучает ребенок, Сюэ Мэн совсем почернел лицом. Он застыл столбом и кусал губы, пытаясь справиться с собой. Чу Ваньнин не торопил его, спокойно ожидая, сможет ли Сюэ Мэн ради своего развития и совершенствования побороть гордыню и принять помощь ребенка.
Прошло некоторое время, прежде чем юноша удрученно топнул ногой и повернулся, чтобы уйти.
Взгляд Чу Ваньнина, направленный на его спину, немного помрачнел. «Как жаль, что я не смог научить его непредвзято смотреть на людей…» — подумал он.