Отныне и в смерти одинокие души никогда не расстанутся.
Песня закончилась, дети задвинули крышку гроба, и лежащих в нем окружила кромешная тьма.
Чу Ваньнин и Мо Жань были запечатаны внутри гроба.
Стенки гроба были достаточно толстыми и заглушали голоса, так что снаружи их было почти не слышно, но Чу Ваньнин поднял руку и установил звукоизоляционный барьер, чтобы гарантировать их безопасность.
Первым, что он сказал, было:
— Подвинься, ты лежишь на моей руке.
Разве кроме «ты лежишь на моей руке» нет более насущных вопросов, которые следует обсудить прямо сейчас?
Несмотря на внутренний протест, Мо Жань подвинулся.
— Сдвинься, я не могу выпрямить ноги.
Он снова отодвинулся."
"— Подвинься еще! Не смей трогать мое лицо!
– Учитель, я уже в самом углу, чего вы еще хотите? — обиженно заскулил Мо Жань.
Чу Ваньнин хмыкнул и наконец замолчал.
Мо Жань на некоторое время забился в угол. Внезапно гроб затрясло. Люди снаружи подняли его и понесли в неизвестном направлении. Мо Жань напрягся, прислушиваясь к звукам снаружи. Он подумал о том, что Ши Мэй, вероятно, сейчас заперт в гробу с Чэнь-Яо, а он ничего не может с этим поделать.
Барьер Чу Ваньнина был мощным и не давал звукам изнутри проникнуть вовне, однако им было хорошо слышно, что происходит снаружи. Сквозь стенку гроба доносился треск петард и шум от хлопушек. Мо Жань заметил:
— А они не слишком расторопны. Интересно, куда они тащат гробы?
В гробу было слишком темно, чтобы разглядеть лицо человека, поэтому он мог слышать только его голос:
– Согласно традиции Цайде, гробы должны отнести в местный храм за городом.
Мо Жань кивнул и некоторое время просто прислушивался к тому, что происходит снаружи.
— Учитель, кажется, идущих в процессии людей стало больше.
— Призраки путешествуют ночью. Если моя догадка верна, когда все гробы будут собраны в храме, призрачная покровительница браков появится в своем истинном виде, чтобы пожать урожай.
— Разве люди не заметят, что по городу проносят сотни гробов?
— Не заметят. Гробы несут Золотые мальчики и Нефритовые девочки, — ответил Чу Ваньнин. — Обычные люди не могут видеть предметы, которые несут призраки.
Мо Жань удивился:
— Почему вы так уверены в этом?
— В покоях невесты я использовал Тяньвэнь, чтобы допросить Золотого мальчика.
Они помолчали некоторое время, прежде чем Мо Жань снова спросил:
— А что случилось с тем красным гробом на горе, в котором лежал молодой господин Чэнь? И почему люди в семье Чэнь продолжают умирать?
— Я не знаю.
— Золотой мальчик не сказал вам?
— Он сказал, что тоже не знает.
— …
— Я думаю, что эта семья что-то скрывает от нас.