Чем он вообще тогда думал?
К счастью, Жун Цзю не сказал слишком много, а Чу Ваньнин во всем, что касалось чувств, был неопытен и чист, как лист бумаги. Жун Цзю был мастером заговаривать зубы, поэтому очень быстро уладил возникшее недоразумение. Чу Ваньнин перестал хмуриться и постепенно расслабился. Более того, про себя он подумал, что с самого начала неправильно понял значение слов о «старой дружбе», потому что у него самого слишком грязные мысли. Так что, хотя ему удалось сохранить невозмутимое выражение лица, в душе он чувствовал себя довольно неловко.
Присоединившийся к ним Жун Цзю неплохо ориентировался в княжеской резиденции, поэтому предложил:
— Хотя эта дорога безлюдна, укрыться здесь негде. Если хотите в безопасности искать прореху в барьере, тогда идите со мной, я отведу вас в подходящее место.
Упомянутое им «подходящее место» оказалось амбаром для хранения ткани, ниток и прочей фурнитуры для пошива призрачной одежды. Тюки с белой тканью громоздились до самого потолка, и среди них в самом деле было довольно легко затаиться.
Как только трое беглецов нашли укромное место, Чу Ваньнин приступил к осмотру барьера. Как лекарь пытается нащупать пульс пациента, так и он, приложив пальцы к стене, пытался почувствовать структуру этого барьера, накрывшего всю резиденцию Четвертого Призрачного Князя.
Однако прошло много времени, а он так и не смог ничего обнаружить. Кроме того, душа самого Чу Ваньнина с каждой попыткой становилась все слабее. Мо Жань накрыл его руку своей ладонью и убрал от стены:
— Отдохните немного.
Из-за своего бессилия Чу Ваньнин разозлился еще больше. Раздраженно уставившись на свою ладонь, он обиженно сказал:
— Почему именно в этой душе так мало духовных сил?
— Может, получится передать вам мои?
— Бесполезно, – Чу Ваньнин бросил взгляд на сидящего неподалеку Жун Цзю и, понизив голос, добавил, — ты живой человек, а я призрак, энергии инь и ян несовместимы.
Отдохнув немного, Чу Ваньнин снова принялся за дело. Если бы духовная сила всех его трех душ все еще была при нем, то просто подключившись к мощному потоку магии Четвертого Призрачного Князя, он быстро обнаружил бы уязвимое место барьера. Но теперь его духовной энергии хватило лишь на то, чтобы нырнуть в бурные воды чужой магии и плыть по ее течению подобно упавшему в море листу.
Прошло уже около двух часов, и Жун Цзю начал волноваться.
Он подбежал и вцепился в руку Мо Жаня:
— В конце концов, сможем мы выбраться или нет?
— Перестань суетиться, просто сядь и жди.
— Я умираю от волнения! Дайте мне слово, что я смогу выйти отсюда!
— От твоего волнения никакого прока. Просто жди.
— Разве ваш Учитель не должен быть очень могущественным? Он уже так долго что-то там делает, а ничего не происходит.